Непреодолимое влечение

– Что?

Они заговорили на итальянском слишком быстро для того, чтобы она могла понять их. Хотя за два года, проведенные на Сицилии, она довольно сносно говорила на этом языке, ей удалось понять только их эмоции. На лицах незнакомцев читалось презрение.

Она обеими руками вцепилась в простыню, дрожа всем телом от негодования и страха.

– Кто вы и что здесь делаете?

Они не ответили.

Один человек, явно лидер в этой группе, выдернул простыню из рук Эммы. Она ахнула от шока.

– Puttana, – выплюнул он одно слово.

Эмма покачала головой, во рту у нее все пересохло, и она все еще дрожала. Она чувствовала себя так, будто проснулась в другой реальности, ужасный ночной кошмар, и она не знала, как его прекратить. И где Лоренцо?

Один из мужчин взял ее за руку и потянул за собой. Она пошла, тщетно пытаясь прикрыться. Мужчина поднял ее футболку и шорты и бросил ей.

– Американка? – спросил он невыразительно, и она молча кивнула.

Он прервал ее жестким смехом.

– Одевайся. Ты идешь с нами.

Быстро и неуклюже Эмма натянула одежду.

– Где синьор Кавелли? – спросила она по-итальянски.

Мужчина посмотрел на нее с презрением.

– В данный момент он находится внизу. Но остаток своей жизни он проведет в тюрьме.

Эмма открыла рот. В тюрьме? О чем он вообще говорит? Так эти ужасные люди из полиции?

– Пойдем, – коротко сказал мужчина, и, запутавшись еще больше, она стала спускаться вниз.

Лоренцо стоял в гостиной, в его серых глазах полыхнул огонь, когда он увидел Эмму.

– Ты в порядке? Они не причинили тебе боль?

– Заткнись! – Эти слова были как выстрел, и один из мужчин ударил Лоренцо по лицу.

Он даже не вздрогнул, хотя Эмма видела красный отпечаток руки на его щеке.

– Они не причинили мне боль, – тихо ответила она, и мужчина повернулся к ней:

– Достаточно. Вы не должны разговаривать друг с другом. Кто знает, какой информацией вы попытаетесь обменяться?

– Она не имеет отношения к моим делам, – сказал Лоренцо. Его голос звучал жестко. Эмма увидела, что он в наручниках.

Слова, сказанные так насмешливо, не должны были причинить ей боль. Эмма понимала, что он пытается защитить ее, вот только от чего, она понятия не имела. Эти слова все же причинили ей боль, как и насмешливый взгляд Лоренцо.

– Она для меня ничто.

– Пусть так, но ее придется допросить, – ответил один из полицейских, и глаза Лоренцо вновь сверкнули.