Все началось у алтаря

Нечто похожее он испытал, когда она замеряла его талию.

Но Клер Стюарт и чувственное влечение… до сих пор в его представлении эти вещи плохо сочетались.

Да, была однажды памятная ночь, но Клер тогда едва исполнилось семнадцать, и мама поручила ему довести ее до кровати в дальней комнате. Когда она полезла к нему целоваться, Шин испытал искушение – ведь он все-таки был мужчиной, а не роботом, – но он помнил, что отвечает за нее, и воспользоваться ее состоянием было абсолютно немыслимо.

Были еще взгляды, которыми они обменялись на одной из вечеринок у Эшли…

Вообще-то рядом с Клер, так или иначе, все время маячил очередной ужасный бойфренд.

Шин вспомнил еще один случай. Тогда праздновали помолвку Люка и Эшли. Он пригласил Клер на танец – исключительно чтобы сделать приятное сестре. Но Клер взглянула на него широко распахнутыми голубыми глазами, приоткрыла губы… и он отреагировал чисто инстинктивно.

Тот поцелуй потряс его до глубины души. А когда он подверг случившееся анализу, то потрясение только усилилось. Клер – полная его противоположность. У них никогда бы ничего не вышло. Они немедленно свели бы друг друга с ума.

Сначала Шин был слишком обескуражен, чтобы сказать что-нибудь, а потом она вдруг отпустила какую-то дурацкую шуточку, и он сумел овладеть собой. И заставил себя позабыть об этом эпизоде.

Правда, именно сейчас он вдруг вспомнил о нем.

И вынужден был признать – возможность того, что между ним и Клер что-то произойдет, все время витала в воздухе. Возможно, потому, что он последние три месяца ни с кем не встречался?

– Клер! – На этот раз Шин встряхнул ее энергичнее. Она встрепенулась. Заморгала, словно забыла, где находится, но тут же все вспомнила.

– Извини, – пробормотала она. – Я нечаянно заснула. Надеюсь, что храпела не слишком громко?

Он догадался, что попытки шутить – это ее способ разрядить напряжение между ними.

– Не так оглушительно, как электродрель, – произнес он с усмешкой.

– И то хорошо.

Они вышли под итальянское солнце, такое яркое, что оба тут же надели темные очки. Шин втайне рад был этому разделявшему их барьеру. Он не хотел, чтобы Клер поняла, что поколебала его спокойствие, пусть мимолетно.

Но он не мог допустить, чтобы она в одиночку ворочала свои коробки.

– Я сам возьму их.

– Шин, они вовсе не тяжелые.