Дикая маргаритка

Бен был прав: за рулем спортивной красавицы она чувствовала себя на миллион долларов. Однако легкие спазмы в животе выдавали беспокойство, и не только потому, что слишком многое зависело от сегодняшнего вечера. Дейзи волновала сама встреча с Феликсом. Она напомнила себе, что едет на деловое мероприятие, но ее чувства говорили другое. Дейзи не терпелось увидеть Феликса, поспорить с ним, хотя именно этого делать не следовало. Она должна помнить о том, что от него зависит судьба парка аттракционов. Она вполне понимала всю абсурдность своих мыслей, когда, глядя на его чувственные губы, ей хотелось, встав на цыпочки, прижаться к ним в долгом медленном поцелуе.

Дейзи припарковалась возле отеля и, подражая походке модели на подиуме, ровно без пяти семь вошла в холл.

– Господин Гисборн ожидает меня, – сказала она портье.

– Госпожа Белл? Одну минуточку.

Сев в кресло, она почувствовала, как мурашки побежали по телу. Не решит ли Феликс, что она слишком заинтересована и потому приехала чуть раньше? С другой стороны, утром она опоздала на встречу, поэтому теперь они квиты.

В это мгновение двери лифта открылись, и Феликс вышел в холл. На нем был темно-серый костюм, немного другого покроя, чем утром, белоснежная рубашка и галстук пастельных тонов. Бабочки в ее животе сделали победное сальто, когда при взгляде на нее у него изумленно округлились глаза.

Скрыв смятение и придав лицу спокойное выражение, она поднялась и скользящей походкой направилась к нему.

Феликс не мог поверить, что миниатюрная Венера в холле отеля – действительно Дейзи Белл. Он окинул ее взглядом второй раз и третий, прежде чем убедился – это она. Трудно поверить, что молодая женщина могла за короткое время так преобразиться. Блестящие каштановые волосы мягкой волной спадали на плечи – грех прятать такую красоту под кепкой. А бесформенный комбинезон, оказывается, скрывал точеную, напоминавшую песочные часы фигурку.

Дейзи Белл была совершенно неотразима. Она совсем не походила на девушек, с которыми он встречался, или на тех, с кем его знакомила мать. В ней бурлила энергия, ее отличал острый ум, а нежные губы заставляли его гормоны бесноваться.