Как покорить герцога

Присев, чтобы ее не заметили, она наблюдала сквозь стойки перил, как в сопровождении чопорного Грейсона новый герцог, заложив руки за спину – она это отметила! – обходил выстроившихся полукругом слуг Ашерст-Холл, кивком выражая свое расположение при каждом представлении, каждом поклоне, каждом реверансе.

Раф выглядел великолепно в своей элегантной лондонской одежде. Его темные волосы, все еще слегка влажные, блестели в свете большого канделябра: он смыл с себя дорожную пыль, пока она оставалась наедине с Николь.

Шарлотта снова сморгнула слезы, когда Раф подошел к концу шеренги слуг, где, выстроившись в ряд по росту, стояли шестеро детей главного повара. Он принял торт из рук самого младшего, взъерошив мальчишке волосы, и Грейсон быстро хлопнул три раза в ладоши, отпуская слуг.

– Благодарю, Грейсон, – услышала она, как произнес Раф, когда вестибюль опустел, и осталось лишь двое слуг, снова занявших свое место у парадной двери, словно ожидая, что в любой момент, громыхая по подъездной дороге, прибудет карета принца-регента.

– Да, ваша светлость, – сказал Грейсон, протягивая руку в белой перчатке к небольшому серебряному подносу. – Я возьму это у вас, сэр.

– Черта с два! Парень дал мне это – единственный, кто предложил мне хоть немного еды с тех пор, как я приехал. Я позволял тебе выказывать недовольство, Грейсон, так как знаю, насколько верен ты был покойному герцогу. Но предупреждаю: я больше не потерплю пренебрежительного отношения ни от тебя, ни от любого обитателя Ашерст-Холл.

– Да, ваша светлость, – сказал Грейсон, поклонившись. А затем повернулся кругом и с достоинством покинул вестибюль, подняв подбородок и выпрямив, как штык, спину.

Раф оглянулся и посмотрел на Шарлотту. Его молодая искренняя улыбка изумила ее. Отломив кусок торта, он сказал:

– Все прошло хорошо, Чарли, не так ли? Мне даже не пришлось воспользоваться булавкой.

Прежде чем она успела подняться и найти, что ответить, он сунул кусок торта в рот и направился в главный зал. Шарлотта осталась на месте, не уверенная, что ноги удержат ее, если она попытается встать. Что там Николь сказала ей? Ах да: «А как в отношении тебя? Почему бы тебе не выйти замуж за Рафа? Он не уродлив и очень богат. И похоже, ты ему нравишься».