Дом Затмений

Взгляд старика метнулся ко мне, после чего он снова посмотрел на отца. Жрец вел себя так, будто ничего не заметил, словно я была недостойна его беспокойства. Единственным признаком обратного являлись изъеденные старостью кулаки, которые он сжал по бокам.

– Я закончил с ней, – сказал отец с веселой улыбкой, приглашая старшего жреца в комнату.

Пока я кашляла и отплевывалась, все еще втягивая в себя воздух, Зуул схватил меня за руку и поднял на ноги.

Охранник отца вывел меня из комнаты, предусмотрительно закрыв за собой дверь.

Я надеялась, что у Сарика найдется, что сказать. Иначе отец поймет, что жрец пришел только для того, чтобы помешать моему убийству.

На дрожащих коленях я попыталась собраться с духом и притвориться, что все в порядке. Я вернулась на свое укромное место у борта корабля, устроилась рядом с Кираном, при этом оставив между нами место для Сарика. Мой друг-жрец пробормотал проклятие, которое, я была уверена, резануло ухо Сол. Мои глаза вспыхнули.

Темная ярость залила его лицо.

Служанка, которая принесла подушки для Сарика, уставилась на нас с того места, где она сидела, поглаживая ягнят, стоящих поблизости.

– Не могли бы вы принести свежей воды и тряпку, пожалуйста? – осторожно попросил ее Киран.

Девушка только кивнула, прежде чем поспешить прочь. Через мгновение в юных руках Кирана оказались маленькая миска и кусок ткани.

– Тебе запрещено делать подобное, – предупредила я.

– Долг жреца – заботиться о своем Атоне. А значит, и об Атенах тоже.

Но как он мог позаботиться об обоих, когда они постоянно враждовали?

Прояви Киран ко мне доброту, ему обязательно отплатят жестокостью.

Я попыталась отодвинуться, но жрец остановил меня:

– Не двигайся.

Киран окунул светлую ткань в прохладную воду и скользнул на свободное место Сарика. Мое зрение снова затуманилось, а живот тревожно сжался. Прохладная ткань замерла на моей шее.

– У тебя отметины на горле, – прохрипел Киран.

Я не кивнула, не заговорила.

Сдвинься я хотя бы на дюйм, меня бы стошнило.

Жрец прижал тряпку к моему горлу и подержал ее там некоторое время. Прохладная вода впиталась в мою кожу, но Сол быстро высушила влагу. Киран снова смочил ткань, прижимая ее к моей губе. Прикосновение кольнуло. Рана снова открылась. Я лизнула порез и почувствовала привкус меди.

Чтобы все вокруг снова не закружилось, я прикрыла глаза и осторожно потрогала затылок, где набухала шишка размером с гусиное яйцо.

– Голова тоже? – спросил Киран.