Дом Затмений

Сол могла опускаться к Гелиосу и подниматься высоко в небеса, но в остальном она была неподвижна. Неподвижна в таком огромном и голубом небе. Было больно видеть ее в заточении.

Взгляд Ситали смягчился. Я задавалась вопросом, жаждала ли она тех возможностей, которые могла бы предоставить ей корона. Казалось, она приняла ответ отца, но пропустила мимо ушей его намек на то, что именно он станет спасителем Сол – именно он освободит богиню.

Но это было совсем не так. Если бы Сол получила свободу благодаря мне или Ситали, отец с удовольствием принял бы предназначенные для нас власть и хвалу.

Ситали была дурой, если думала иначе.

Можно ли убедить Сол вознаградить того, кто действительно освободил ее? Будь это я, смогла бы я попросить богиню освободить нас от нынешнего Атона? Если бы корона оказалась в моих руках, я бы никогда не отдала ее кому-то столь недостойному, жестокому и эгоистичному, как наш отец.

Мои мысли разлетелись, как песок на ветру.

Пророчества Сфинкс всегда сбывались.

Сол создала львицу после Великого Разделения, задолго до того, как выбрала первого Атона из своего народа. Мудрости Сфинкс не было равных, ее слова никогда не поддавались сомнению.

Но как я могла доверять провидице, когда не была уверена в самой Сол? Богиня выбрала отца, потому что тот являлся потомком первого Атона, но она могла бы выбрать кого-нибудь еще (кого угодно) для этой задачи. Кого-то добрее, мягче и мудрее. Возможно, милосердие богини золота и огня сгорело, не оставив ничего, кроме неконтролируемого гнева.

Ее благодать высохла, как пустыни, крошечные песчинки которых собирались в приближающиеся к нашему городу дюны.

Видела ли она в пепельном сердце отца отражение своего собственного?

Или… возможно, отец придумал какую-то сделку, чтобы заставить Сол дать ему то, что так яростно желало его сердце: власть без ограничений. Возможно, если он использует свою новую, украденную у Люмина силу, чтобы освободить богиню, она в ответ сделает его подобным богу.

– Вы обе встретитесь с Люмином на празднике, который мы устраиваем в честь начала переговоров.

Вам нужно будет привлечь его внимание, заманить его в ловушку, – посоветовал отец. – Но самое главное, вам предстоит найти корону. – Он посмотрел на Ситали: – Можешь идти. Мне нужно поговорить с Нур наедине.

Я медленно вдохнула, чтобы Атон не заметил, как меня охватывает нервозность. Ситали сверкнула понимающей улыбкой, прежде чем поклониться и выскользнуть из комнаты.