Предание Темных

Его тупой звериный взгляд вдруг меняется, превращаясь в более человеческий.

И когда Милли уже заносит руку, чтобы в тщетной попытке как следует долбануть отвлеченного монстра по морде, вызов прекращается. Экран гаснет, изображение пропадает.

Зверь начинает вертеть телефон и так, и эдак. В череде бесплотных попыток, он его и трясет, но экран никак не загорается вновь. Тогда он бросает Милли на землю и, чуть склонив голову, вопросительно-умоляюще глядит на нее, будто бы ожидая помощи.

Милли начинает медленно перебирать руками, стараясь отползать назад.

Поняв, что ему никто не поможет, он приходит в ярость и со всей силы запускает телефон в дерево. Тот разлетается тысячью осколков, будто бы попав под пресс. От него не остается даже каких-то крупных деталей вроде разломленного корпуса.

Бросив на Милли последний взгляд, он яростно рычит и с молниеносной скоростью скрывается обратно в зарослях, откуда прибежал, преследуя её.

Едва зверь скрывается в лесу, Милли, шатаясь, вскакивает на ноги и ориентируясь на валуны, со всех ног бежит обратно.

Пока в какой-то момент мир перед ее глазами не начинает темнеть, и она прямо на бегу не проваливается в бесплотный омут.

-3-

Румыния, Бухарест.

Отель «Прибежище вампира».

Дослушав сумбурный бред сестры, я молча перевожу взгляд на Лео. Мы сидим в номере, и по ходу ее рассказа, который с каждой минутой становился похожим все более на истории из ее книжек, чем на реальное положение дел, я обработала ей почти все ссадины.

Увлеченная, Милли даже ни разу не пискнула и не поморщилась тому, что раны щиплет.

Теперь, кажется, я понимаю, почему Лео вначале выглядел таким потерянным. Еще бы. Непросто сказать, что твоя сестра либо чертовски непослушный подросток и тот еще фантазер, либо вконец тронувшаяся головой впечатлительная девица.

Одно другого лучше.

Я бы даже накинулась на нее с порицаниями за то, что она убежала от Лео и изодрала одежду и руки в клочья, если бы не ее состояние. Милли буквально трясло.

Мы недвусмысленно переглядываемся с Лео, что сидим на кровати по другую сторону от нее. Милли этого не замечает, так как поглощена собственными ногами. Наконец, показывает одну из ссадин на голени, более глубокую, чем прочие, и заявляет:

– Это от его когтей! Он резко схватил меня и поранил! Это от когтей вампира!

Я даже не сразу нахожусь, чтобы ответить. Лео меня сильно выручает, подав голос:

– Я.. нашел ее в овраге без сознания.