Инъекция

Брайс..

– Да.. Так вот, из-за того, что отец Томаса был.. – он замолчал – был состоятельным, я конечно же решил, что это наркотики. Но я решил проверить, прав ли я. И когда Томас ушел на перемене..

Я иронично поднял руку, поддерживая локоть другой, словно примерный первоклассник. Директор неохотно кивнул мне, давая слово.

– А могу я сказать, почему я тогда ушел на перемене? Потому что любезный мистер Ричардсон разбил мне нос. А за что? Если вы пойдете к моему ящику, то увидите похабную надпись касательно рода занятий моего досугового времени.

Она принадлежит нашему мистер Ричардсону. Он сделал это баллончиком, который не стереть. И потому я добавил в конце его имя. Это так сильно оскорбило мистер Ричардсона, что он устроил надо мной физическую расправу, из-за которой мне и пришлось покинуть кабинет.

Было видно, что директор не доволен этим новым обстоятельством.

А Брайс начал выходить из себя:

– Я ничего не писал у него на ящике!

– Да, я сам это написал. Люблю заявлять о себе миру.

– Я не понимаю вообще, о чем он говорит!

– Ага.

– Тишина! – директор стукнул ладонью по столу повторно, смерив нас обоих недовольным взглядом – Томас, у тебя есть доказательства того, что Брайс причастен к этой надписи?

Я пожал плечами.

– Я же говорил! – фыркнул Брайс – он просто это наврал! Я уже потом, когда стоял с друганами рядом, увидел что он что-то пишет на своем ящике. Решил подойти, посмотреть – а там мое имя фломастером подписано. Я вообще не понял, за что мне прилетело! Типо, какой-то тип написал на его ящике, а он сразу меня в гомики зачислил? Это как-то ненормально, да? Вот за это я ему и врезал.

– Мистер Ричардсон, выбирайте выражения.

– Извините.

– Выходит, Томас, это не Брайс оскорбил тебя, а ты поглумился над ним. Я правильно понимаю?

Я ухмыльнулся и пожал плечами:

– Окей, пусть будет так.

– Выходит, вы еще и задираетесь до учеников школы?

– Мне же делать не хрен, писать на своих ящиках о сексуальных связях с одноклассниками! – я вскинул руками – нет, серьезно, я даже не собираюсь что-то говорить.

Это бесполезно, к черту. Даже не буду лезть в это дерьмо.

– Выражения, мистер Дьюэд!

– В эту клоаку – поправился я, демонстративно растягивая гласные буквы последнего слова.

– Брайс, продолжай.

– Так вот, и когда он ушел на перемене, я осмотрел его портфель, чтобы попросту не обвинять его. И нашел там новую капсулу и новый шприц.