Моялера

Но вообще оба крыла идут не только вправо и влево, но и поднимаются вверх, так что то, что тебя заинтересовало, либо бальный зал, либо большая гостевая, либо кабинет Графа. Кстати, не расскажешь мне, что у вас происходит?

– Ммм… Нет.

– Я ведь могу и рассердиться, знаешь ли.

– Валяй.

Ирма долго сверлила меня черными глазами и все пыталась пробудить во мне совесть, ну или что там у меня вместо нее. Но пока безуспешно. Я смело смотрела ей в глаза, улыбалась и ждала, когда у нас закончится поединок в гляделки.

Ирма кусала пухлую губу и, вероятно, прикидывала результаты от ее очередного хитроумного плана, но потом, тщательно перепроверив, решила уступить, напоследок лишь обиженно заявив:

– С вашей стороны это совершенно неправильно. Я была крестной вашей любви, а теперь вы даже не желаете сказать мне, какая муха вас укусила?

– И что, сильно укусила? – поинтересовалась я.

– Довольно прилично, – Ирма взяла меня за руку и потянула к западному крылу. – После того, как Граф побывал у тебя, он вернулся злой и неразговорчивый.

В общем-то, он и сейчас молчаливый, правда, уже не срывается на ком попало – тут Ирма жестом указала на себя – по поводу и без. Тем не менее, он очень много работает, и почти не спускается к нам, как бывало раньше.

Все это время мы поднимались, я обратила внимание, каким гладким и отполированным был каменный пол и ступени, совпадающие с ним по цвету и стилю. В них можно было увидеть отражение.

– Ты чем-то его разозлила, мой котенок?

– Нет. На самом деле все из-за той истории, о которой он рассказал, когда мы только появились.

Помнишь? Все из-за Никто.

Его имя здесь, в этом мире, прозвучало громче, чем в моем. Где-то в самом уголке выжженной души колыхнулся легкий порыв ветра, который сразу же стих, так и не превратившись во что-то большое, больное и ощутимое, но я нахмурила брови, слушая рассуждения женщины, ведущей меня в неизвестном направлении:

– Не понимаю, что такого в этом чудовище? Оно же страшное?

– Ну да.

– И злобное? Оно чуть не придушило тебя?

– Ирма… – я набрала воздуха в легкие, а потом, громко выдохнув, сказала гораздо тише, чем собиралась.

 – Я уже отвечала на эти вопросы, правда – не тебе. Но если тебе нужны ответы, ты лучше к Графу подойди. Второй раз я этого уже не выдержу.

Ирма посмотрела на меня и промолчала. Так мы и пошли, в полной тишине. Мне стало стыдно перед ней, ведь, как бы нелогично она ни обосновывала свои претензии, смысл в ее словах, действительно, был.