Все равно будешь моим

 – То я ничего не смогу сделать. Я не могу похитить ребенка и прятать ее, пока ей не исполнится восемнадцать лет.

– Но кое-что ты можешь сделать.

– Я изо всех сил пытаюсь придумать, что конкретно.

– Ты можешь найти себе пару. Я не говорю, что ты должен жениться. Ты мог бы предстать перед судом ответственным человеком, чтобы убедить его в том, что ты станешь для Адель хорошим отцом.

Молча глядя на отца, Лео задавался вопросом, уж не свихнулся ли тот в результате событий последних нескольких недель.

– Ты предлагаешь мне найти себе женщину? – Лео покачал головой с безудержным скептицизмом. – Ты хочешь, чтобы я нашел себе пару через Интернет?

– Не глупи, сынок!

– Тогда я не понимаю тебя, – сказал Лео.

– Если тебе потребуется создать образ солидного, надежного мужчины с серьезной и подходящей тебе женщиной, я не понимаю, почему этого не сделать. Ради меня. Ради Адель.

– Серьезная и подходящая мне женщина? – Лео затаил дыхание.

– Саманта. – Гарольд назвал это имя с видом волшебника, вытаскивающего кролика из шляпы.

– Саманта, – медленно повторил Лео.

– Малышка Сэмми Уилсон, – уточнил Гарольд. – Ты знаешь, о ком я говорю. Она была бы идеальной кандидатурой!

– Ты хочешь, чтобы я заставил Саманту Уилсон участвовать в спектакле и тем самым выиграть опеку над Адель?

– Это разумно.

– Для кого? – спросил Лео.

– Не груби, сынок! – строго заявил Гарольд.

– Она уже знает об этом? Вы двое продумали эту сумасшедшую схему за моей спиной? – Лео был ошеломлен. Его отец явно был не в себе.

– Я не сказал ей об этом ни слова, – признался Гарольд. – Она приезжает в Салькомб только на уик-энд. Тебе придется поговорить с ней. Ты бываешь очень убедительным, и я не понимаю, почему ты отказываешься. Мне было бы очень приятно знать, что Адель в безопасности и ее любят.

– Гейл – та еще штучка, – сухо ответил Лео. – Но тебе не кажется, что ты слишком драматизируешь?

Его отец вздрогнул.

– А ты готов обречь ребенка на будущее рядом с подобной женщиной? Ты же знаешь, какие слухи о ней ходят.

Их с Лео взгляды встретились. Глаза Гарольда были полны печали.