Обитель Блаженных

– Собственно, это не тот перевал Дятлова, который в данную минуту наличествует на земле, но, в некоторой степени, это тоже он. – ответила старушка, неохотно отрываясь от созерцания супруга и присматриваясь к Евпсихию Алексеевичу, словно бы вычисляя, сколько в нём содержится нетривиального ума.

– Метафизическая копия? – блеснул умом Евпсихий Алексеевич.

– Можете называть это так, поскольку так будет понятней. – согласилась старушка.

Евпсихий Алексеевич не без гордости вздёрнул нос.

– Варвара Мстиславовна, матушка!.

. вы меня помните?.. – нетерпеливо обратилась к старушке Катенька.

– Как же, Катенька, я очень хорошо тебя помню!.. Здравствуй, родная!

– Здравствуйте, Варвара Мстиславовна. Разрешите нам наши недоумения, и сообщите хоть что-то про тайну этого самого перевала. Ведь именно вы и должны всё знать, раз постоянно пребываете и ухаживаете за этим местом.

Старушка пожала плечами, покосившись на Льва Моисеевича и ожидая его разъяснений на эту необычную просьбу.

– Вот видишь, Варенька, с какими занятными людьми мне повезло здесь очутиться? – с нарочитой обескураживающей печалью вздохнул Лев Моисеевич.

 – Вместо того, чтоб разобраться в собственных сущностях и распределить всё по пунктам, они лезут в чужие.

– Нельзя в полной мере довольствоваться собой, не разобравшись в качествах окружающей действительности. – сказала Катенька.

– Это как в вопросе со стаканом, который может быть либо наполовину пустым, либо наполовину полным. – тихонько заметила крыса Маруся.

 – Если окружающая тебя действительность бедна, то и стакан будет казаться всегда наполовину пустым.

– Что же тебя интересует, Катенька?.. – Варвара Мстиславовна снисходительно выслушала крысу, но продолжить беседу решила с хорошо знакомыми ей людьми.

– Мне хочется знать, каким образом погибла группа Дятлова. – сказала Катенька. – Если произошёл случай массового психоза, то интересно, чем он мог быть вызван?.. Кто виноват??

– Погоди-ка, Катенька, дай я спрошу. – перебил подругу Евпсихий Алексеевич и указал на нарисованные фигурки человечков.

 – Вот меня прежде всего интересует: это кто такие?.. Это души, что ли, погибших туристов?

– Да нет, какие же это могут быть души?.. – затейливо прищурилась Варвара Мстиславовна. – Это своего рода манифестации, имеющие отношения к погибшим туристам, о существовании которых, кстати, реальные души туристов вряд ли и подозревают. Можно сказать, что это знаки, имеющие свойства воодушевления.