Обитель Блаженных

Чтоб на студентиков панического страху навести, чтоб понимали до чего ужас смерти может быть внезапно близок. Васильич даже умеет замогильным голосом завывать, как будто мертвяк проснулся и жрать просит – говорит, ещё заводской механик его этому фокусу обучил, поскольку если бы он не обучился как следует, то подзатыльника схлопотал. Покажи, Васильич, как ты умеешь выть, прямо сейчас. Может, тут кто не верит, так ты докажи.

– Уместно ли сейчас? – вскинул брови Васильич.

– А почему бы нет?.

Васильич поднапрягся, прошамкал губами предварительное эскизное хлюпанье, вытянул шею вперёд и завыл надрывным ноющим голосом, возможным напугать до смерти кого угодно. Впрочем, на этот раз даже Улинька не испугалась, а с озадаченным восторгом разинула рот и уже было вознамерилась сама что-нибудь подобное прогорланить, но Евпсихий Алексеевич и Катенька вовремя пригрозили ей пальцами.

– Талант. – едва ли не без иронии похвалил Васильича слегка огорошенный Лев Моисеевич.

– Исключительный талант. – согласился Викентий Палыч. – Но буфетчица сказала, что от этаких завываний ей самой дурно делается, да и тамошний сторож может запросто проснуться и в милицию позвонить, поскольку он дядька сыкливый и, чуть чего, в милицию звонит, а из коморки своей не вылезает. А с милицией, конечно, нам связываться было не с руки. Так, на следующий день, мы и выпустили этих туристов из гостиницы без происшествий, однако внимательно следить за ними не переставали.

– Всё так, Викентий Палыч. – вздохнул Васильич. – На всяком заборе плакатики висели про алкоголизм, уведомляли, что это бич нашего времени.

– Надо сказать, что до посёлка лесозаготовителей мы добрались ещё и быстрей студентов, поскольку они застряли где-то, бегая по малой нужде – в основном, конечно, по вине девушек, которым в любую минуту может приспичить сбегать по малой нужде – и вот мы их живо обогнали. Приехали в посёлок, познакомились там с одним местным фертом, и чтоб глаз не мозолить, приютились у него в бараке, принялись вроде как выпивать.