Там Бора

Кэт незамедлительно отправилась к ним. Переступив порог гостиной, она очутилась в просторной зале. Пол из цельного куска мрамора цвета слоновой кости отблёскивал в свете солнечного дня. Шлепки босых ног эхом отражались от резных ножек стола, кресел и дивана.

Напротив стола в паре метрах висела плазма, в кресле спиной к входу перед ними, сидел Сергей Геннадьевич. Красавец, прирождённый всегда достигать своего. Вокруг него невидимым ореолом пульсировала эта энергия. Она видела кожей его искрящиеся частицы. Кэт прошла мимо стеклянного стола.

Слева от гостиного гарнитура окно во всю стену от потолка до пола открывало вид в хорошо организованный двор с бассейном. Вода в нём была лазурно-голубого цвета. Кэт нырнула в проход между стеклянными створками и стеной.

Очутившись на свежем воздухе разговевшегося дня, Кэт всеми фибрами ощутила непрерывную полноту и проистекание божественных энергий и направилась к людям, удобно расположившимся вокруг плетёного стола цвета коры крымской сосны. У забора прямо по курсу был оборудован мангал под навесом, стопка дров тут же.

По краям у заборов росли разные цветы, подрастающие пальмы и где-то в дальнем углу пара плодовых деревьев.

Под небольшим навесом из непромокаемой ткани стоял незатейливый диванчик из гобелена коричневого цвета, по бокам столь же идентичные к дивану кресла. Посреди открывался вид на бассейн.

В это мгновение Кэт безумно захотелось очутиться в нём – нырять с головой, голышом, улыбаться от счастья, купаясь в эйфории, наслаждаясь жизнью безо всяких причин,

– Сейчас кальянчик покурим, – отозвался Игорь, выполаскивая колбу устройства возле мангала.

Всё вокруг было залито солнцем.

В пространство двора вошёл Сергей. Кэт уселась в кресло. Сергей прошёл мимо неё и уселся в кресло напротив. Лора достала из пачки тоненькую сигаретку и не сразу прикурила её.

– Нравится тебе здесь? – начала она, обращаясь к гостье своим нежным голосом.

Черты лица её давно обрели мудрость прожитых лет. Обласканная солнцем, мужем и семейными заботами, она излучала любознательность и доброту.

Её пухлые губы цвета жамбо говорили сами собой, извергая слова, с которыми хотелось обмениваться. Её формы привлекали к себе. Глаза словно магнитом притягивали большее, чем просто взгляд. Она была ни стройная, ни полная. Это была её индульгенция на жизнь. Пышные волосы шоколадно-орехового цвета, уложенные под шапочку, скрывали шею, но не доходили до плеч.

– Да, очень, —кротко, но с воодушевлением начала Кэт.