Беспроигрышное пари

Он оставил ей три голосовых сообщения и столько же послал на электронную почту, однако ответа так и не получил. В наше время не так легко найти более ответственного и знающего свое дело референта, каким являлась Мисси, поэтому он начал не на шутку волноваться. Не попала ли Мисси в беду?

В правом кармане пиджака завибрировал телефон. Себастьян быстро вытащил его и вздохнул с облегчением: наконец-то Мисси дала о себе знать. Но уже в следующую секунду его брови удивленно взлетели вверх, когда он прочел всего два слова:

«Я увольняюсь».

Он недоверчиво потряс головой. Что за черт? Мисси увольняется? Но это же невозможно!

В качестве помощника-референта Мисси проработала у Себастьяна четыре года. Они были командой, и, если бы ее что-либо не устраивало, он бы сразу это почувствовал.

Что-то здесь не так.

Себастьян снова набрал номер Мисси, и снова ему предложили воспользоваться голосовой поч той.

– Немедленно позвони мне, – произнес он непререкаемым тоном. – И объясни, где ты находишься.

Через тридцать секунд пришел краткий ответ:

«Задор».

Мысленно восстановив внутреннее устройство казино, Себастьян повернул налево и вскоре очутился в баре с милым названием «Задор». Здесь все было выдержано в восточном стиле. Негромкая, чуть монотонная музыка, черно-белые гравюры, а интимную атмосферу подчеркивала подсветка огромных аквариумов с переливающимися всеми цветами радуги золотыми рыбками и декоративными карпами, служившая единственным источником освещения.

Но отнюдь не рыбки интересовали в эту минуту Себастьяна. Едва он переступил порог «Задора», взгляд его привлекла рыжеволосая посетительница у барной стойки. Она сидела спиной к Себастьяну и, оживленно жестикулируя, болтала о чем-то с барменом. Голоса ее он не слышал, зато отлично видел отставленные чуть в сторону длинные ноги с изящными лодыжками. Подол короткого черного платья не скрывал даже аппетитных коленок. При виде такой красоты Себастьян едва не присвистнул, однако вовремя сдержался.

– Правда? И он это сделал? Вот ведь молодец. Какая прелесть!

Узнав этот голос, Себастьян замер возле стойки как вкопанный, глаза его округлились, рот приоткрылся.

– Мисси? – пролепетал он, обретя наконец дар речи.