Никто не будет по ней скучать

– Она была под ним, – сказал кто-то, и Берд повернулся к молодому заместителю шерифа, пропустившему его в дом, – теперь тот стоял позади него, почти задевая широкими плечами стены узкого коридора. Он вертел в руках кухонное полотенце, сжимая его так сильно, что белели костяшки.

Парень с носом.

– Значит, вы нашли тело?

– Ага. Ну, я не знал, когда поднимал покрывало, я думал, вдруг она, знаете, еще жива или…

– Жива, – сказал Берд. – Это было после того, как вы нашли ее нос в раковине? Он все еще там?

Джонсон покачал головой, когда одна из криминалистов вышла из спальни, по пути указывая дальше по коридору.

– Он его уронил, – сказала она. – Мы его упаковали. Ничего особенного.

Берд снова повернулся к Джонсону.

– Ладно. Ничего. Расскажите, что вы видели.

– Я пошел за кровью, – поморщился Джонсон. – Из кухни был след, после того как я нашел… вы поняли. И я увидел покрывало, еще больше крови. Я видел, что под ним кто-то есть. Я стащил его. Увидел ее. И все. Я не пытался – то есть когда я ее увидел, я понял, что она мертва.

Берд кивнул:

– Значит, он накрыл ее, прежде чем уйти.

– Он? Вы имеете в виду… – Джонсон яростно покачал головой, сжимая полотенце. – Нет. Дуэйн бы не стал…

– Да? – Берд прищурился, услышав, как полицейский назвал мужа по имени. – И где же тогда Дуэйн? Вы пытались ему писать? Он ответил?

Берд ощутил небольшой прилив удовлетворения, когда Джонсон покраснел. Часть с сообщениями была просто догадкой, но, очевидно, хорошей. Джонсон и муж погибшей не просто называли друг друга по имени; они были друзьями.

Шериф Райан слушал этот разговор, прислонившись к стене; теперь он шагнул вперед и положил руку на плечо Джонсона.

– Эй, это маленький городок. Мы все знаем Дуэйна, некоторые – очень давно. Но никто не пытается вам помешать. Мы хотим одного и того же, и мои люди помогут вам чем смогут. Мы уже отправили машину к их с Лиззи дому в городе. Там никого нет. У них была одна машина, «Джип Чероки», ее здесь нет, поэтому я полагаю, что где бы Дуэйн ни был, она у него.

Берд кивнул в ответ:

– Если они жили в городе, тогда это дом для отдыха?

– Эрл – отец Лиззи – это его дом. Был. Я думаю, Лиззи забрала его себе, освежила и начала сдавать. В основном людям издалека. – Шериф замолчал, переступил с ноги на ногу, хмурясь. – Это не понравилось некоторым владельцам.

– А это что значит?

– У нас здесь тесная община.