Деджа

В следующее мгновение запыхавшаяся служанка уже была возле неё.

– Да, Ваше величество?

– Почему на моей кровати лежит платье? Я же велела приготовить рубашку с жилетом и штаны, – Де?джа потрогала зелёную шёлковую ткань.

– Но королева, я подумала…

– Ты подумала? – возмутилась Де?джа. Служанка вздрогнула и испуганно опустила голову.

– Да, я подумала, что вы почти не носите платья. А это совсем не надевали, хотя оно красивое.

– Ты считаешь, что лучше меня знаешь, что мне носить? – юная королева нахмурила брови.

Де?джа не раз объезжала земли своего королевства на чёрном мустанге по имени Кро?ули, который слушался только её. Чтобы не привлекать к себе внимания, она надевала старый плащ отца. Однажды юная королева заехала в небольшой прибрежный городок. Здесь, на самой окраине возвышалась стена какой-то древней постройки. Не решившись оставить своего мустанга одного, она подошла к стражнику у стены.

– Эй, ты! – весьма резко окрикнула его она. На вид ему было не больше двадцати пяти лет. Она не подумала, что от простой девушки такое обращение звучит довольно грубо, – Не хочешь подзаработать? – удивление на лице стражника сменилось раздражением.

– Шла бы ты отсюда, девчонка, в куклы играть. Раз родители не научили тебя уважать старших, а тем более слуг королевы. – Другие быстро научат, – пренебрежительно ответил он.

– Я дам тебе два си?льверна, – бросила она в ответ, с таким видом, как будто не заметила его тона. Достав шёлковый мешочек, Де?джа выудила из него тонкими длинными пальцами две серебряные монеты. Несмотря на свой юный возраст, она знала цену деньгам. На дне оставались ещё несколько ла?йтенов, которые считались самой дорогой монетой в королевстве. Они были названы в честь её отца. За два си?льверна стражник мог хорошо отобедать в любой таверне города. Прежде чем он успел ответить, Де?джа продолжила: – Мне нужно, чтобы кто-то последил за моим конём, пока меня не будет.

– Два си?льверна? – стражник нахмурился, разглядывая девчонку с недоверием, но ничего особенного не заметил. Пожалуй, кроме того, что она слишком хорошо выглядела для подобного места: чистая одежда и плащ странного покроя – такой не шили для бедных людей; на её гладкой коже не было ни шрамов, ни следов от болезней и волосы не висели грязными космами.