Ничего

Булыжники и кирпичи, словно футбольные мячики, перелетали через реку, из одного вражеского стана в другой, и обязательно забивали кого-нибудь насмерть. В конечном итоге, вряд ли бы кто вышел победителем из этой эпохальной схватки, но долготерпеливый небесный дух Урядник очнулся и приподнялся из нафталинной пыли.

– Как же вы меня все заманали. – раздражённо посмотрел он на баламутов и балаболов. – Почему я из-за вас, подлецов, должен брать грех на душу?..

Сердито пыхтя и отчихиваясь, он раскупорил несколько гигантских чанов, в которых хранились хляби небесные, примешал к ним специальных вредоносных бактерий, и через дождевые ливневые дыры выпустил всё это безобразие на землю.

Затем духу Уряднику только и оставалось, что изредка спускаться вниз, подбирать трупы и относить их в печной подвал к дедушке Савонароле, прибывшему из соседней галактики, будучи специалистом по массовой кремации.

– Кого-то мне напоминает этот мордатый товарищ. – приглядывался дедушка Савонарола к очередному трупу, утирая пот со лба.

 – У нас похожий дядька водился, прямо копия. Бывало по субботам соберёмся вместе на рыбалку – на плотвичку, как правило, на волжский бережок у Диева-Городища, уж очень покойник плотвичку обожал.

– Вяленую? – облизывал губы дух Урядник.

– Копчёную, братец! У нас принято только воблу вялить, чтоб в пивной затем об столик ею весело хрястать. Плотву коптят.

– Это как-так у вас получалось хрястать? – не понимал свойств вяленой воблы дух Урядник.

– Ну, как тебе сказать… – замялся Савонарола.

– А вот так!! – вдруг звонко хрястнул ГласНебес, изображая аппетитный скрип вяленой воблы. – Чтоб вся пивная вздрогнула, а этиловые субстраты лишний раз запенились.

– Ну, допустим, напугали всю пивную, ладно. – не понимал дух Урядник. – А самой вобле это зачем?

– Чтоб чистилась лучше, чудак-человек! – сказал ГласНебес. – Не ел, что ли, никогда воблы вяленой?

– Никогда.

– Ну, завидуй теперь молча.

У меня в молодые годы замечательно получалось воблой об столик хрястать. – ностальгически просифонил ГласНебес.

Мир на земле был спасён, оставшиеся в живых балаболы и баламуты соединились в племя биофантомов, которое существовало ещё несколько сотен лет, а потом на земле появились человеческие особи, и история завертелась совсем невообразимым образом. Кто только не пробовал разрушить мир, кого только не заносило в состояние шкодливой бессердечности.