Рассвет костяной волшебницы

И я вновь становлюсь ребенком, держащим на руках мертвое тело своего отца. – Я не могу потерять еще и тебя.

Ее глаза блестят от навернувшихся слез, а от гнева не остается и следа. Аилесса пододвигается ближе ко мне.

– Ты не потеряешь меня, Бастьен. – Она проводит рукой по моей щеке. – Мы разберемся с этим, обещаю. Еще есть время. Я планировала сбежать из замка, как только заживет нога. – Она пожимает плечом. – Вообще-то, я хотела сбежать этим вечером. Сегодня – Ночь Переправы.

Внутри все сжимается.

– Но потом я оказался здесь.

На ее губах появляется легкая улыбка.

– Но потом ты оказался здесь. И я не смогла уйти, зная, что ты заперт в темнице.

Я прижимаю голову к решетке. Merde, я все испортил.

Аилесса проводит пальцами по моим волосам и затылку.

– Я улизнула с праздника, как только появилась возможность. Сказала Казимиру, что плохо себя чувствую.

Я поднимаю глаза.

– Ты так легко ушла с ужина, на котором присутствовали король и принц?

– Король Дюранд не появился. Он слишком плохо себя чувствует, а Казимир залил свое разочарование несколькими бокалами вина.

Я тяжело вздыхаю:

– Сабина расстроится, когда узнает, что ты осталась в замке из-за меня.

Ее глаза распахиваются.

– Ты разговаривал с Сабиной?

– Мы вместе пришли сюда. И она помогала мне, Жюли и Марселю придумать план, как пробраться в замок.

Аилесса судорожно вздыхает.

– С ней все в порядке? Что случилось? – Она сжимает мою руку. – Бастьен, я должна знать.

Я как можно короче пересказываю ей события последних двух недель, включая сегодняшнюю авантюру с черным порохом.

– Надеюсь, Жюли и Марсель смогли покинуть замок, – говорю я. – Гвардейцы попытаются узнать, как мы пробрались внутрь.

Когда я дохожу до стычки Сабины и Казимира, а затем упоминаю, как она сбежала из замка без каких-либо объяснений, Аилесса морщит лоб.

– Может, они что-то еще говорили, а ты не услышал?

– Возможно, – признаю я.

– Сабина не стала бы уходить так внезапно без веской причины.

Я потираю подбородок:

– Она попросила меня передать тебе кое-что.

– Что? – Аилесса подается вперед.

– Кажется, Сабина узнала песню сирены, чтобы открыть Врата.

– Что? Как? – удивленно отпрянув от меня, спрашивает она.

– Сабина не сказала. Видимо, ее мысли занимала инсценировка самого драматичного из всех возможных побегов.

Несколько секунд Аилесса молчит, обдумывая услышанное. И выглядит при этом… расстроенной.