Хочу… в постель!

Рядом, на столике для завтрака, лежали бумаги, касающиеся развода. Конраду их содержание было давно известно – адвокат ознакомил его со всеми деталями. Конрад просто позволил Джейн считать иначе. Вспомнив о них, он вновь ощутил раздражение.

Джейн твердо намерена уйти от него чуть ли не с пустыми руками. Однажды она так и сделала, бросив его. Конрад создал для нее фонд – без каких-либо условий. Она могла распоряжаться деньгами по своему усмотрению. Перед лицом Господа он поклялся, что будет ее защищать, и намерен сдержать клятву даже после развода.

Раздражение мешало ему сконцентрироваться на документах, полученных от Сальваторе. А ведь его брак распался как раз из-за случаев, подобных этому.

Ему не помешало бы собраться с мыслями и закончить дело Жутова.

Мир станет лучше, если этот негодяй будет смотреть на него сквозь тюремную решетку. Жутов создал одну из крупнейших организаций, занимающихся изготовлением и сбытом фальшивых купюр, и вызывал колебание валют в разных странах, изменяя тем самым соотношение сил.

Поскольку многие государства переживали период финансовой нестабильности, подобное вмешательство во внутренние дела могло закончиться настоящей катастрофой.

Жутов занимался этим из непреодолимой тяги к власти. Кроме того, он стремился любыми доступными способами укрепить политическое влияние своего сына.

Помощь Интерполу в поимке таких преступников была для Конрада больше, чем работой. Это было искупление собственной вины. Он тоже совершил преступление, но отделался шлепком по руке.

Манипулируя фондовой биржей, юный Конрад считал, что утверждает некую космическую справедливость, воруя у богачей и помогая несправедливо обделенным беднякам.

В общем, полная чушь.

В пятнадцать лет следовало быть умнее. В таком возрасте пора разбираться в том, что хорошо, а что плохо. Однако Конрад был захвачен эгоистичным желанием доказать, что он лучше своего мошенника-отца, и забыл принять во внимание, что его действия аукнутся на семьях простых рабочих.

И хотя в то время ему удалось избежать серьезного наказания, он еще не рассчитался за свою ошибку.

Когда полковник Сальваторе оставил пост директора военной исправительной школы и начал работать в Интерполе, Конрад стал одним из его агентов.

Открывшаяся дверь, ведущая на балкон, вернула его в реальность. Конрад мог не поворачиваться – воздух уже наполнился ароматом Джейн. Как-то она сказала ему, что перестала пользоваться духами, так как их запах нравился не всем пациентам.