Хочу… в постель!

Нужно ее смягчить и убедить, что заняться любовью в последний раз – неплохая идея. Только для этого требуется время.

Конрад схватил бутылку и налил себе немного виски:

– Насколько помню, я не просил тебя заняться со мной сексом.

– Для этого слова не требуются. Ты способен соблазнить меня одним взглядом. – Подбородок у нее задрожал. – Я хочу тебя. Слишком сильно хочу.

– Это плохо?

Последние три года обернулись для Конрада невиданной пыткой, но в конце концов он смирился с тем, что их браку пришел конец.

Ну вот, его желание осуществилось – она смотрит ему в глаза. И говорит, что все еще хочет его.

Да, глупо отрицать: секс между ними всегда был не просто хорош, а фантастичен, даже если они занимались любовью, чтобы на время забыть последний спор. Если они проведут в постели этот уик-энд, незабываемая память им обоим обеспечена.

Она качнула головой, и прядь светлых волос упала ей на лицо.

– Нет, победа останется не за тобой. Не в этот раз. – Джейн встала и потребовала: – Верни мои вещи. И не смей говорить, что я могу их взять в нашей старой спальне.

– Твоя одежда в гостевой комнате. – Конрад пожал плечами.

Рот Джейн невольно приоткрылся от удивления.

– Кажется, мне надо просить прощения. Извини, что подумала о тебе самое плохое.

– В большинстве случаев ты не ошиблась бы, – спокойно заметил он.

– Проклятие, Конрад! – прошептала Джейн. Плечи ее опустились. – Я хочу расстаться с тобой по-хорошему. Мне нужна подпись и покой, который я с ней обрету.

– Я мечтал сделать тебя счастливой. – Если сейчас не самое подходящее время для страстной ночи, это не означает, что нельзя прощупать почву. Конрад поднялся, подошел к жене и протянул руку, касаясь выбившегося из прически локона. – Джейн, я не прошу тебя заняться со мной любовью, но ты должна знать: я хочу быть с тобой.

Играя с ее волосами – он и забыл, какие они мягкие, – Конрад откинул локон назад. Костяшки его пальцев слегка задели плечо Джейн, когда он вытащил из пучка шпильку. Зрачки женских глаз расширились, и Конрад ощутил триумф.

– Сладких снов, Джейн, – сказал он, отступая.

Рука ее дрожала, когда она заправляла высвободившуюся прядь. Однако Джейн не проронила ни слова.