Поиск

Но, как только мы подходим к входу, что бы Машка предоставила своему знакомому наши билеты, эта блондинка встает у нас на пути, уперев руки в боки.

– Вы должны стать в очередь, мымры, – а так все хорошо начиналось. Вроде любезно «Вы должны стать в очередь», и такой плохой конец «мымры».

Повернув голову в сторону, я наблюдаю, как лицо Машки медленно искажается гневом.

– Слышь ты, – сложив руки на груди и сверля взглядом блондинку, начала Маша. – Ночная мымра, я буду стоять там, где хочу и когда хочу.

– Девочка, мигом стань назад.

Я стою здесь пять часов и не намерена, что бы какая-то грымза, первой попала в клуб, – усмехаясь ответила блондинка.

– Кир, – обратилась подруга к огромному вышибале. – Пожалуйста, скажи этой недалекой блонди, что нужно для входа в клуб?

– Приглашение или билет на концерт, – незамедлительно ответил парень. Хотя, я бы вряд ли бы так его назвала. Огромный, с выпуклыми мускулами. Короткий ежик черных волос, глубокие серые глаза и тонкие поджатые губы.

– Вот именно, – поднимает вверх палец подруга.

 – А теперь, тупорылая курица, ответь мне, у тебя есть то или другое?

– Мне оно и не нужно, я знаю Рейва, – говорит блондинка. В этот момент мне едва удается сдержать смешок.

– Ага, я тоже его знаю, – отвечает ей Маша. – А также я знаю Честера Беннингтона.

И тогда Машка удивляет блондинку и многих девчонок стоящих за нашими спинами. Она достает из внутреннего кармана куртки два билета из плотной бумаги с языками пламени и огромной надписью «Пригласительный».

Вручает его Кириллу и тот после двух секунд осмотра, надевает нам на запястья два флуоресцентных браслета с надписью «Полночь».

Уже в открытых двойных дверях клуба Машка оборачивается, для того, что бы бросить блондинке взгляд полный превосходства и оставить последнее слово за собой.

– И кстати, все знают Рейва. Такие трюки уже сто лет не работают, – и подмигнув, мы заходим в недра клуба.

Оказавшись внутри, я, в очередной раз за этот вечер, едва не глохну. На этот момент из-за слишком громкой музыки, звучавшей в клубе.

Я бы даже сказала, что музыки почти не слышно. Слышно только басы и какие-то слова выкрикиваемые диджеем сбоку от огромной сцены с колонками и установленными инструментами.

– Здесь нереально! – кричит мне на ухо Машка. Соглашаюсь с ней кивком головы, так как что-либо говорить в таком шуме бесполезно.

– Нам нужно к сцене, пока они не появились! – не смотря на свои слова, мне все равно приходится кричать Машке в ухо.