Пламя желания

Портер посмотрел в зеркало заднего вида карими глазами оттенка крепкого кофе.

– Алэйна, все в порядке? – спросил он, растягивая слова, как южанин.

Какой ответ он ожидает услышать? Вероятно, более хитроумный, чем те, которыми они обменивались друг с другом на прошлой неделе, когда Алэйна очнулась.

Чем ближе они подъезжали к дому, тем напряженнее становилась Алэйна.

– Доктор сообщил, почему я не могу вспомнить события прошедших пяти лет? – тихо, но резко сказала она. – Я потеряла почти четверть моей жизни.

– Доктор говорил с тобой. Он обязан быть честным с тобой. Ты его пациент. – Мужчина на водительском сиденье, называющий себя ее мужем, был чрезвычайно вежливым. Но в его словах было мало сердечности, которой, по мнению Алэйны, должно быть в избытке в человеке, раз она вышла за него замуж.

Она не понимала, почему выбрала в мужья такого хладнокровного и сдержанного мужчину. Еще один вопрос, на который у нее нет ответа.

– Я не забыла этот разговор. Я просто задала риторический вопрос, потому что я еще очень многого не понимаю.

Ее сердце переполнилось материнской любовью, когда она посмотрела на маленький носик Томаса и его пухлый рот. Она всегда хотела детей и мечтала о большой семье, потому что была единственным ребенком. Если она и Портер поженились четыре года назад, то непонятно, почему у них так долго не было детей.

– До аварии ты видела его всего пару часов.

– Время не имеет значения. Он ребенок, мой ребенок… – Она погладила пальцами его маленькую и мягкую ручку. – Наш ребенок. Это меняет всю жизнь. Достаточно минуты. Часа. Пары часов. Это должно было отложиться у меня вот здесь. – Она постучала пальцем по своему лбу.

– А свой брак ты не должна помнить? – спросил он с усмешкой.

Она почувствовала раскаяние, понимая, что Портер тоже переживает.

– Прости. Тебе тоже тяжело.

– Ты жива, а это главное. – Он говорил сурово и сдержанно, ведя машину по дороге, вдоль которой росли деревья. – С остальным я справлюсь.

– Ты словно говоришь мне, что я не должна разочаровываться.

– Не торопись. – Он держал руль обеими руками, лучи послеобеденного солнца падали на его дорогие наручные часы. – Ты многое пережила.