Любовник из модного каталога

Тристан вел себя так, словно Изабо и в самом деле была его девушкой. Когда жених и невеста обменялись брачными обетами, он обнял Изабо за плечи, наклонился и прошептал ей на ухо:

– С тобой все в порядке?

– Да, – быстро ответила она. – А почему ты спрашиваешь?

– Твое лицо все сморщилось.

– Это прозвучало грубо, – пробормотала она, продолжая растягивать губы в улыбке.

Хотя, если честно, Изабо и сама чувствовала, как сильно сжались ее зубы и наморщился лоб.

– Прошу меня извинить, – произнес Тристан, поддразнивая.

 – Твое великолепное лицо все сморщилось. Теперь прозвучало лучше?

– Немного.

– Мы на свадьбе. Притворись, как и все мы, что вовсе не смотришь на свои часы, размышляя, когда же наконец начнется банкет.

– Это неправда. Мне нравится то, что я вижу. Я поморщилась лишь на секунду – из-за яркого солнца, – солгала Изабо.

– Ну-ну, – тихо рассмеялся Тристан.

Сейчас их глазам открывался действительно потрясающий пейзаж: поместье семьи Стил раскинулось на берегу залива, на заднем плане возвышался горный хребет.

Дома предыдущих клиентов Изабо казались лишь жалкими бревенчатыми хижинами по сравнению с великолепным особняком Стилов, окруженным стройными соснами и суровым, первозданным ландшафтом.

Свадьбу решили отпраздновать здесь из-за травмы Джека Стила, которому врачи лишь недавно разрешили снять шейный корсет. Глава семьи сломал два позвонка, чудом выжил и неплохо перенес последующую операцию.

Он все еще выглядел внушительно, но был бледен, и, похоже, весь дальнейший свадебный прием проведет сидя на стуле, а в этот момент ему, судя по всему, помогали держаться на ногах только гордость и твердый характер.

Джинни Миккельсон выглядела даже более обеспокоенной и измотанной, чем он, хотя и улыбалась, как это полагается матери невесты.

Интересно, заметил ли Тристан напряжение своей приемной матери? Кажется, нет. Он смотрел на Изабо таким взглядом, что она еще острее ощутила, как его рука обнимает ее плечи.

Господи, какой замечательный запах исходил от него: пряный, мускусный, мужской!

Тристан улыбнулся Изабо, его рука скользнула по ее спине ниже, почти до ягодиц.

Изабо почувствовала, как тело словно запылало в огне.

Зачем он это сделал? Протестовал таким образом против ее попыток создать ему новый образ?

Или потому, что искренне хотел ее? Его поведение походило на нечто большее, чем попытка изобразить, что у них роман. Надо вести себя осторожнее и сопротивляться влечению к этому мужчине.