Наследство Валентины

Джеймс знал, что она не станет загонять несчастного старикана. Вскоре обе лошади пошли шагом. Бенджи немного задыхался. Лайлак закинула голову и фыркнула.

– Звучит совсем как ваша речь, – процедила Джесси, упорно глядя вперед, между ушей Бенджи. – Несносная и нетерпеливая. Вы привезли ее из Англии?

– Тебе не нравится мой английский акцент? – осведомился он, растягивая каждое слово с преувеличенно противным британским выговором.

– По-моему, так говорят только педерасты.

Джеймс судорожно дернул за поводья Лайлак, и кобыла оступилась.

– Что ты сказала?

– Вы прекрасно слышали.

– Откуда тебе вообще известно это слово, черт побери? Ни одна леди не осмелится произнести его вслух, тем более признаться, что знает его значение!

Джесси медленно повернулась к нему. В тусклом лунном свете Джеймс увидел старую шляпу и космы красных волос, обрамлявших лицо.

– Я не глупа. И много читала.

– Позволь спросить, что именно?!

– Все. И конечно, полностью согласна, что «педераст» – слово из мужского лексикона.

Джеймс расстроенно провел рукой по лбу.

– Просто не верится. Сейчас почти полночь. Мы в Балтиморе, и каждую минуту может пойти дождь, а ты знаешь о педерастах. Хуже того, ты и меня, меня обозвала педерастом.

– Но именно им вы и кажетесь, когда начинаете объясняться с этим идиотским акцентом. Вы делаете это намеренно, чтобы придать себе больший вес, выделиться из нас, жалких колонистов! Заставить нас чувствовать себя ничтожествами лишь потому, что ваш кузен – проклятый английский граф! Хотите, чтобы все позабыли о том, что вы и сами колонист.

Ей страстно хотелось пустить Бенджи в галоп, но это, конечно, было невозможно.

– Я мошенник? А как насчет тебя, соплячка несчастная? Тебя, с твоей мужской одеждой, лохмами, как у ведьмы, свисающими на спину? Выглядишь как один из тех хулиганов, которые бьют окна в Феллз-Пойнт. Нет, может, ты совсем не обманщица и твой отец не прав? Ты всего-навсего женщина, и твое тело доказывает это раз в месяц.

Джесси что-то прорычала, но Джеймс, не обратив внимания, продолжал:

– Итак, объясни, что ты делала сегодня под балконом моей сестры?

Джесси молчала, хмурая, как нависшие над ними облака.

– Ну? Есть у тебя ответ? Или снова что-то неприличное?

Джесси дернулась, но Джеймс был неумолим.

– Готов побиться об заклад, что знаю, почему ты там появилась. Глазела на мужчин. Вероятно, пыталась найти кого-нибудь, чтобы вломиться к нему в дом и украсть подходящие штаны.