Новый мир. Под землей

– Да, спасибо, и спасибо, что спасли от этого ненормального.

Я еле заметно улыбнулась.

– Чувствую, ты влипнешь еще, думаю, и не один раз.

Теперь он мне улыбался.

– Меня Дэн зовут, просто хочу, чтоб ты знала.

– Я Оля.

– Случайно, не Петрова? – он удивился.

– Да, а что? – Мне стало обидно немного оттого, что он не запомнил меня.

– Тебя ищет Сергей Васильевич повсюду. Бегом к нему.

На моем лице появилось самое глупое выражение лица.

– Это еще кто? И почему он меня ищет?

– Ну не знаю, может, ты обещала в эфир выйти?

Блин, с этим придурком я об этом забыла.

– Так пошли, чего мы ждем?

Не дожидаясь ответа на вопрос, я подхватила дочь и подтолкнула локтем Дэна.

– Ты идешь?

Его глаза округлились от моего напора, хорошо, что он все понял и пошел за нами.

Вот теперь я уже стою перед полковником, объясняю, почему меня нельзя было найти. По-моему, он смотрит на меня как на сумасшедшую. Сегодня такой взгляд я на себе ловлю часто. Смешно даже. За один день вляпаться в столько приключений могу только я.

– Пойдемте, паек для вас оставят. Я провожу вас в будку, откуда вы зачитаете текст.

– А текст я могу увидеть?

– Пока нет, не здесь. – Он посмотрел по сторонам.– Слишком много народа. Пойдемте.

Он по-отечески приобнял меня за талию, и мы пошли. Хорошо, что все находится на одном этаже. К лифтам я теперь отношусь скептически.

Шли мы по длинному коридору, по бокам было много комнат. А вот и больница, больше похожа на аквариум, зачем здесь стекло вместо стены? Скорей всего, мама будет теперь здесь работать.

– А что здесь находится?

Показала рукой на синюю дверь.

– Это ультрафиолетовая комната, она есть на трех этажах. Мы не знаем, сколько здесь пробудем, поэтому нам просто необходимо хотя бы искусственное солнце.

– Оу, у нас есть солярий, хоть позагораем,– я смеялась.

Он пытался сделать улыбку, но видно, что его что-то терзает.

– Вы чем-то расстроены?

Глупее вопроса не могла задать.

– Да, – посмотрев на меня более внимательно, – моя дочь до сих пор не здесь. Не знаю, что произошло, но она не доехала.

И вот этот взрослый мужчина, который не похож на вечно страдающего, опустил глаза. Мышцы на лице опустились, улыбка тоже пропала.