Затерянные во времени. Огненная королева

– Что это, бабушка?

– А, просто эксперимент по прививанию.

– Что за растение?

– Э-э-э… новый сорт… э-э-э… розы.

– Он приживется?

– Кто знает, приживется ли. Они такие хрупкие на этом этапе роста. Но, кстати говоря, ты вернулась как раз вовремя.

Вернулась. Что же, подумала Роуз, она и не отрицала, что «блуждала».

– Почему вовремя?

– Не могла бы ты отнести другую дамасскую розу в теплицу? Думаю, она готовится расцвести. И, конечно же, поставь ее на рассвете в миску. Оранжерейные цветы открываются как раз в эту пору.

Роуз взяла приготовившуюся цвести розу и понесла ее в оранжерею – круглую комнату, обращенную на юг, с арочными окнами, сквозь которые светило солнце. Там же они завтракали и обедали.

– Который час? – спросила ее бабушка, когда Роуз вернулась. Девочка уже хотела было уточнить: «О каком именно времени ты говоришь? О стандартном времени двадцать первого века или о времени в Уайтхолле в шестнадцатом веке?» Но сунула руку в карман джинсов и нашла там айфон с наушниками:

– Девять тридцать.

Ее не было всего четыре минуты. Она снова задумалась, почему наушники попали вместе с ней в прошлое, а айфон – нет. Загадка.

– Девять тридцать. Я уже хочу есть. А ты?

– Ага, наверно.

– Не говори «ага», дорогая. Это так безграмотно!

Розалинда была строга в отношении грамматики, произношения и правильного употребления слов.

– Как думаешь, «Маленький Китай» еще открыт?

– Может быть. Посмотрю на сайте. – Десятью секундами позже Роуз подняла глаза.

– Как обычно.

– Курицу генерала Цо? – спросила Роуз, а потом добавила: – И я буду, как обычно, фун юнь «Три сокровища» с креветками.

– Добавь к этому лепешки с зеленым луком, дорогая.

– Все, я отправила заказ.

– Можешь сказать, чтобы не звонили в дверь? Их ведь можно попросить, правда? Они отправят тебе текстовое послание, когда приедут?

– Они мне эсэмэснут, – ответила Роуз.

Бабушка сморщилась:

– Звучит как-то неприлично.

* * *

В ожидании еды они помещали рассаду в два новых длинных ящика к сезону, который бабушка Роуз называла «почти, но не совсем весна». Ранним мартом этой «не совсем весны» семена раскладывают в холодные лотки, а к середине апреля они будут готовы к посадке на открытом воздухе.