Сладостное отступление

 – Джиана вспомнила, как ей было приятно, когда Рендал поцеловал ее, и как она испугалась, когда он дотронулся до ее спины. – Я не думаю, что это имеет отношение к любви.

«Да, ты еще слишком молода, – думал Дэниел. – А интересно, Аврора хоть раз получила настоящее сексуальное удовольствие? Скажем, от любовника? Потому что, ясное дело, Мортон ван Клив ей такого удовольствия доставить не мог».

– В Риме так много публичных домов, что я потерял им счет, – промолвил Чипполо. – А ты никогда не задумывалась, почему не существует подобных заведений для женщин, чтобы и они могли ходить туда и тоже получать удовольствие?

– Ох, да что вы такое говорите, дядя Дэниел! – возмущенно воскликнула Джиана.

 – Большинство женщин не получают от плотской любви никакой радости! Дядя, я не хочу больше об этом разговаривать!

– Об этом? Ты хочешь сказать, о сексе? О половом акте? О совокуплении? Дорогая моя, от любви женщина должна получать такое же удовольствие, как и мужчина. Это такая же естественная часть жизни, как еда или сон, во всяком случае, так должно быть.

 – Он помолчал, а затем решил слегка задеть Джиану: – Ну что, мы уже все обсудили? У тебя есть вопросы? Может, ты передумала насчет пари?

– Нет, не передумала, – сдавленным голосом произнесла девушка. – Я… я принимаю его, дядя.

– Ты уверена, Джиана?

– Да. Уверена, – твердо сказала она. И повторила: – Уверена.

– Что ж, я верю тебе, – промолвил Дэниел. – Верю, что ты сдержишь слово, Джиана. – Итальянец наклонился к Марко и что-то сказал ему.

Затем он вновь обратился к девушке: – Надеюсь, ты понимаешь, что должна беспрекословно мне подчиняться, Джиана? И не будешь ни от чего отказываться?

Девушка кивнула, вспомнив, как Рендал прошептал во время их прощальной встречи, до боли сжав ее пальцы: «Пожалуйста, любимая, проведи эти три месяца с твоим дядей, как этого хочет твоя мать. Наше счастье и наше будущее зависят от этого. Не огорчай меня, Джиана».

– Ты станешь самой известной девственницей Европы и Англии, моя дорогая, – донесся до Джианы голос Чипполо.

Она ничего не ответила.

Карета въехала на мост Умберто I.

– А вы посещаете бордели, дядя Дэниел? – робко спросила Джиана, нарушив затянувшееся молчание.

– Не так уж часто, я ведь уже немолод.

– А ваша жена не возражает?

– Я не говорю ей об этом. – Он подумал о холодной, молчаливой Элане. Конечно, она знала обо всех его похождениях, но ей было все равно…

Джиана снова замолчала, обдумывая его слова.