Сумасбродка

Мой отец просто обожал свою мать, и теперь мне приходится расхлебывать последствия этой любви.

Чертыхнувшись, барон затянул ворот на ее сорочке и поспешил навалить сверху побольше соломы.

– Ну а как звучит твоя собственная фамилия?

Девушка покачала головой, и от этого у нее сразу заломило челюсть; но она не подала и виду и твердо заявила:

– Я не желаю вам об этом говорить. Если вы узнаете, то все пропало.

– Что еще пропало? – Грей укутал ее соломой по самый подбородок.

– Наверное, мне вообще не следовало пускаться с вами в разговоры.

– Врать ты умеешь еще хуже, чем воровать. Я готов поверить в Уинифред Леверинг – хотя бы потому, что, во-первых, такое жуткое имя трудно выдумать нарочно, а во-вторых, оно совершенно тебе не подходит, от него даже делается горько во рту. Вот почему я не сомневаюсь, что именно так тебя и зовут. Но тогда при чем тут Макгрегор? Я же просил говорить только правду!

Она обреченно вздохнула. Ну почему она сразу не придумала себе такое имя, которое не вызывало бы подозрений? Меньше всего на свете ей хотелось говорить правду.

– Мне нужно ехать!

Грей ясно услышал отчаяние в ее слабом голосе.

– Замечательная идея, – процедил он сквозь зубы. – Как только твои вещи просохнут, я отвезу тебя в Лондон и сдам теткам с рук на руки. Не сомневаюсь, что после этого они с охотой расскажут мне все, что я пожелаю узнать, а заодно сами разберутся в твоих выходках.

– Тетушки – чудесные старушки! Они сделают все, чтобы меня защитить, и уж точно не станут вам ничего рассказывать!

– Ладно, это мы еще посмотрим. Между прочим, я тоже продрог до костей. – Устав препираться, Грей устроился рядом с девушкой и принялся нагребать на себя сверху солому. – Вчера вечером я вернулся домой, мечтая пропустить стаканчик бренди и улечься в постель, чтобы во сне увидеть что-нибудь приятное, а теперь вместо этого должен мерзнуть в куче гнилой соломы.

Он с отвращением покосился на свою соседку и только тут заметил, что она беспрерывно чешется.

– Вот дьявол! Из-за этой проклятой соломы ты, того и гляди, сдерешь с себя всю кожу!

Неохотно поднявшись, он скинул с девушки солому и принялся затягивать ворот ее сорочки, при этом ненароком скользнув пальцами по ее груди.

Она так и обмерла от ужаса.