Неутомимая охотница

Проклятие! Только не здесь! Не может же он впервые овладеть ею в карете! Он хотел, чтобы она счастливо улыбалась, а не потирала ушибленные места.

Бичем вздохнул. Он слишком торопится. Совершенно нетипично для такого сдержанного человека. Куда девалось его хваленое самообладание?

– Вы, должно быть, из тех мест, где толстые сквайры гордо вышагивают, как на параде, выпячивая объемистые животики?

– Именно. Не могу передать, какое счастье оказаться здесь, в Лондоне! – заверила она, прижав руку к сердцу. Ничего, небольшая доза сарказма этому самодовольному типу не помешает! – Думаю, вы идеально подходите для моих целей, лорд Бичем.

Черт побери, да кто из них мужчина, в конце концов? Он! Он – мужчина, охотник, признанный всеми утонченный, опытный любовник! Неужели у этой негодницы нет ни капли стыда? Ни грана скромности? Ни крошки сдержанности? Это безмерно его возмущало. Будь она замужем, супруг, несомненно, тоже вышел бы из себя. А что бы сказал он сам, если бы узнал, что его жена пытается соблазнить другого?

– Посмотрите на меня, – холодно, чтобы немного сбить с нее спесь, потребовал он.

 – Конечно, меня трудно назвать толстяком. Только законченный дурак способен нажить себе жирное брюхо. Леди таких не любят.

– Совершенно верно.

– Итак, чего вы добиваетесь, черт возьми?

Но тут Бэбкок остановил лошадей у кафе Гюнтера в Сент-Джеймс-парке. Белоснежный павильон выглядел очень мило в ярком солнечном свете. Какое облегчение – видеть голубое небо после трех дней непрерывного ливня!

Хелен подала руку, и он помог ей спуститься.

– Как любезно с вашей стороны, милорд, привезти меня сюда! Обожаю мороженое.

Она была затянута в изумрудно-зеленое платье для прогулок, простое и элегантное. Маленькая шляпка украшена тремя листочками неведомого растения, переплетающимися как раз над ее левым ухом. Она выглядела утонченной, изысканной, истинной леди… пока вам случайно не удавалось поймать ее взгляд. Взгляд, искрившийся умом, юмором и… некой умудренностью. Неужели она успела познать так много мужчин? Ему нравились умные женщины, но только в небольших дозах.

После горячих объятий и любовных игр им непременно требовалось анализировать каждое слово и каждую позу, разбирать по косточкам все движения и вздохи, так что ему хотелось выть от тоски. Бичем также обожал в женщинах юмор, правда, если не сам был его объектом.

Сумерки. Сумерки. Возможно, он еще успеет…

Бичем сухо улыбнулся и повел Хелен в очаровательно обставленный зал.