Третий не лишний

У нее никогда не было настоящей семьи, а с Мейсоном у нее образовалась тесная связь. По крайней мере, ей так хотелось думать. Что ж, реальность показала, что Криссанн сильно заблуждалась.

– Мне все равно, – ответила она. – Между нами что-то есть.

– Ага, – разжав ее руки и отойдя в сторону, кивнул Итан. – Мейсон.

– Я не об этом. Я всегда считала тебя искренним и прямолинейным человеком, но, видимо, ты говорил то, что считал нужным, только для того, чтобы победить в споре.

– Не делай так.

– Как?

Итан снова подошел к ней и провел руками по ее плечам, а потом снова убрал их.

– Не усложняй все.

– Поздно. Или, может быть, мне одной кажется, что нас тянет друг к другу.

– Черт. Ты прекрасно знаешь, что это не так, – покачал головой Итан.

Он шагнул ближе, и Криссанн окутало тепло его тела, когда он потянулся к ней и, обняв за талию, привлек к себе. Она положила ладонь на его руку и почувствовала, как напряглись его бицепсы, когда он слегка приподнял ее.

Итан наклонил голову, и их с Криссанн глаза встретились. Она знала, что все происходившее было неожиданностью для них обоих, и боялась, что он передумает и не станет целовать ее из-за дружбы с Мейсоном. Поэтому она сделала первый шаг.

Прильнув к губам Итана, она почувствовала вкус лимона и текилы на его языке. Вцепившись в его руку повыше локтя, Криссанн наслаждалась поцелуем и тем, как Итан держал ее в своих объятиях. Он прислонился к перилам, и она, прижавшись к нему всем своим телом, ощущала животом его отяжелевшую плоть.

Она отстранилась и снова встретилась с ним взглядом. Криссанн не могла сказать с уверенностью, что умеет читать по глазам, но взгляд Итана пробуждал в ней нечто большее, чем физическое влечение.

Она хотела высвободиться из его объятий, испугавшись собственных чувств, но он запустил руки в ее волосы и притянул ее обратно к себе.

Итан давно не прикасался к чему-то такому же мягкому, как ее волосы. Криссанн смотрела на него из-под полуопущенных ресниц, и ее губы были влажными и припухшими от поцелуя. Он мог назвать тысячу причин, чтобы разжать объятия и уйти, но он хотел ее.

И он подавлял свое желание слишком долго.