Точно в сердце

Скажешь, не так? – язвительно откликнулась Уиллоу, вскидывая бровь.

– Намекаешь, что я один из них?

– Не намекаю, а говорю прямо. Вся студия слышала, какую истерику ты закатил Кэт на прошлой неделе, когда к тебе в гримерку, видите ли, не доставили корзину с фруктами. Прошу прощения за неточность, не просто с фруктами, а с экзотическими фруктами.

Джек слегка порозовел:

– Я устал от долгого перелета тогда. И вообще потом извинился.

– Я знаю. Кэт – девушка закаленная, привыкла к таким выходкам. Так что снаряд пролетел мимо, даже не зацепив ее.

– Бывают иногда особо трудные дни. Когда тяжелее, чем обычно, – попытался оправдаться Джек. Ему самому было неловко за тот скандал. Когда постоянно у всех на виду, когда всем от тебя что-то нужно, бывает, срываешься. Он время от времени призывал себя к порядку, понимая, что сгорел бы со стыда, если бы мама, будь она жива, узнала о его выходках.

– Когда тяжелее что? Быть вторым по популярности телеведущим США и любимцем публики?

– Вот ты все иронизируешь, – откликнулся он, – а ведь мое руководство каждый день рейтинги чуть не через лупу изучает.

И я должен из кожи вон лезть, чтобы цифры не дай бог не падали. А стоит выйти из студии, как наваливаются желающие получить автограф или обсудить последнюю передачу. Я ни в коем случае не жалуюсь. Знаю, что без всего этого остался бы вышедшим в тираж спортсменом, чья карьера оборвалась, так и не начавшись. Просто… и мне бывает нелегко.

Уиллоу склонила голову набок и пристально посмотрела на собеседника:

– Знаю.

Поэтому-то в нашем бизнесе так много чокнутых. Уверена, ты и не думал никогда, что столкнешься с такими проблемами.

– Да нет, конечно. Я думал, что лет до тридцати поиграю в футбол, потом удалюсь на покой со своей женушкой-моделью на наше огромное ранчо, где буду учить сыновей гонять мяч, – сказал Джек с горькой усмешкой. – Все остальное в мои планы не входило.

– С женушкой-моделью? Что ж ты на меня-то время тратишь? – Уиллоу скрестила руки на груди и нацелила на него тот же убийственный взгляд, каким одаривала операторов, если они брали не тот ракурс, какой был ей нужен.

– Говорю же, таков был изначальный план. Но обстоятельства изменились. Да и мне уже давно за тридцать, – ответил он. Надо сказать, Уиллоу вполне соответствовала его представлению об идеальной жене: чертовски сексуальная, успешная в своем деле, активная и решительная.

– Да уж, старикашечка ты наш, – усмехнулась она.