Чувства и предчувствие

Когда все удобно устроились в ожидании чайной церемонии, миссис Вэйн продолжила беседу:

– Вы должно быть из Гринфилда или Портлэнда.

– Из Гринфилда, – ответила Саманта.

– Сегодня был у меня один молодой человек из ваших мест. Мистер Рэймонд Уизли. Может быть, вы знакомы с ним?

– Он наш новый сосед. Мы слышали о нём кое-что, но ещё не имели чести познакомиться.

– Я была в восторге от этого молодого человека. Чрезмерно приятный и общительный. У него идеальные параметры для мужчины, редко встретишь такие.

Я часто снимаю мерки с джентльменов, и поверьте, знаю, о чём говорю.

– Ещё один Аполлон, – неслышно хихикнула Саманта, вспоминая рассказ Камиллы о её греческом боге. И хотя она весьма скептически относилась к мужской красоте, она была заметно воодушевлена восторгами портнихи по поводу Рэймонда Уизли. Ей нравилось слышать комплименты в его адрес. Она уже заочно влюблялась в него, представляя его внешность, благородные черты, лёгкий и весёлый нрав. Её предчувствие встречи со своей судьбой и случай на утёсе только поджигали в ней нахлынувшие эмоции.

Принесли чай, и когда все утолили свою жажду, миссис Вэйн обратилась к миссис Райт:

– Ну, что же мы будем шить?

– Вот это. – Миссис Райт достала из дорожной сумки эскизы нарядов, выполненные на белоснежном холсте. Все, включая портниху, были поражены.

– Изумительно, – вырвалось у Саманты. Перед её глазами развернулись рисунки настоящего художника. Хоть и на бумаге она увидела только платья в разных ракурсах, но мастерство, с которым они были исполнены, виднелось невооружённым глазом.

Саманта не умела рисовать, но к живописи относилась трепетно, а творческих людей вовсе считала небожителями. Она по-иному взглянула на родственницу своей подруги.

Далее миссис Райт стала объяснять миссис Вэйн, что она хочет получить от нарядов в итоге, подробно останавливаясь на каждой вытачке и складке. Камилла как статуя возвышалась в центре зала, боясь пошевелиться, чтобы не помешать творческому процессу, который происходил вокруг неё.

Саманту забавляла эта сцена, ей одновременно было и жалко подругу и радостно за неё.

Наконец, миссис Вэйн поняла всё, что от неё требовалось, оставалось только снять с Камиллы мерки. И вот, все дела были закончены и три путницы, покинув швейную мастерскую, отправились в близлежащий отель, чтобы немного отдохнуть и перекусить. Там им предложили только холодные закуски.