Возможность полюбить

Филипп посмотрел вниз: гостиная опустела. Который час? Он совершенно потерялся: не следил ни за временем, ни за гостями. А теперь он собирается за минуту выгнать припозднившихся гостей, как плохой хозяин. Или хуже: он попросит дворецкого сделать это вместо него.

Филипп сделал Джорджу, провожавшему гостей, знак рукой. Дворецкий работал на Эджвудов последние сорок лет благодаря своему умению словно читать мысли. Джордж молча кивнул и начал ненавязчиво провожать приглашенных к выходу.

– Как раз вовремя, – проговорил Филипп.

– Согласна. Я не могла дождаться, чтобы остаться с тобой наедине. Или, – продолжила она, – ты предпочитаешь, чтобы я тоже ушла?

– Почему ты так думаешь?

Алекс прикусила губу. Филипп заметил эту ее привычку: Алекс покусывала губы, когда раздумывала над тем, что сказать. Не то чтобы он потратил много времени, рассматривая ее рот… Ладно, он действительно потратил на это немало времени, учитывая, что на переговорах она постоянно сидела напротив него.

– Просто спросила.

Он обхватил ладонями ее лицо. В глазах Алекс вспыхнуло желание.

– Сегодня вечер спонтанных решений, – проговорил он. – Мы оба не слишком сильны в этом. Никаких ожиданий, делай только то, что хочешь.

И он говорил это абсолютно серьезно. Если она захочет говорить всю ночь напролет – пожалуйста. Разумеется, он не станет отказывать жаждущей ласк женщине, но он хотел ее общества, хотел провести с ней время, хотя и знал, что это эгоистично.

– Никаких ожиданий. – Она улыбнулась шире. – Мне нравится. Я рада, что ты понимаешь, что у меня плохо получается быть спонтанной. Хотя я полагаю, мы оба хотим одного.

– Надеюсь на это.

– Наверное, завтра будет странный день. Ведь мы все еще работаем вместе, – напомнила она. – Некоторым людям трудно находиться вместе в зале заседаний после того, как увидели друг друга голыми.

Теперь точно не осталось никаких недомолвок относительно продолжения вечера. Филипп обхватил ее затылок ладонью и привлек к себе так близко, что мог видеть лишь огоньки, мерцавшие в ее глазах. Он вытащил одну шпильку из ее прически и позволил длинному локону свободно упасть на ее шею. Он хотел сделать это с той самой минуты, как увидел ее сегодня.

– Ничего странного, – пробормотал он. – Что случилось в доме Филиппа, остается в доме Филиппа.