Все еще люблю

После многочисленных бюрократических проволочек, спустя бессчетное количество часов, проведенных за разбором бумаг, Антонио наконец получил: временные водительские права, временную банковскую карту с обещанием выдать в самом скором времени кредитку, а также доступ к своей банковской ячейке. И все это время рядом с ним была темноволосая женщина, прилепившаяся к нему, словно банный лист. Она была полна решимости помочь ему выбраться из топкого болота, в которое превратилась его жизнь.

Почему она все еще здесь?

И почему одного ее присутствия достаточно, чтобы он чувствовал себя счастливым? Иногда он ловил на себе ее внимательный взгляд и ощущал, как все его тело откликается на него.

Прошло три дня с того момента, как Антонио появился на пороге своего дома в Малибу в состоянии бреда, полный решимости найти ответы на мучившие его вопросы.

За обедом он тайком изучал Кейтлин. Она была замечательной женщиной, а его дети – забавными малышами. Вместе с Кейтлин они были настоящей семьей.

Антонио рассеянно жевал огромный сэндвич, приготовленный специально для него, – ему нужно было набирать вес.

Кейтлин настояла на том, чтобы малыши сидели за столом вместе со взрослыми, хотя вся их пища сводилась сейчас к кашкам и пюре. Антонио не возражал. Это еще одна возможность провести время с детьми.

Втайне Антонио был рад, что Кейтлин не ушла в тот момент, когда он фактически указал ей на дверь. С другой стороны, его это немало озадачило. В его представлении большинство женщин с радостью избавились бы от такой обузы, как тройня.

Он не понимал, почему Кейтлин осталась. Разве что она надеялась получить часть его имущества в благодарность за свои труды. Антонио готов был дать ей то, что она хотела.

– Твоя очередь.

Антонио растерянно посмотрел на ложку, которую протягивала ему Кейтлин.

– Что значит – моя очередь?

– Твоя очередь кормить дочь. Не бойся, она тебя не укусит. – Кейтлин кивком указала на ложку. – Из всех троих Аннабелла самая покладистая, поэтому лучше начать с нее.

Не сумев придумать благовидный предлог для отказа, Антонио взял ложку и придвинулся ближе к детскому стульчику, с сомнением глядя в тарелку с… апельсиново-яблочным пюре.

Нахмурившись, он осторожно зачерпнул пюре и уставился на малышку, смотревшую на него ясными голубыми глазами. И как, скажите на милость, кормить ребенка, если у него пальцы во рту?

– Ну давай же, открывай рот, – велел он.

Аннабелла похлопала ресницами и хмыкнула, по-прежнему держа пальцы во рту.