Урок беспроигрышного соблазнения

Но его выражение, когда она сказала, что беременна… Ни за что на свете она не хотела бы вновь увидеть такое выражение, но как назло оно так и стояло у нее перед глазами. А еще она так и не сумела толком понять, был ли он недоволен потому, что она с ним не посоветовалось, или потому, что так и не сумел до конца пережить, что Нобелевская премия досталась другому. Или дело и в том и в другом?

А что, если, несмотря на данное слово, он передумает и не захочет иметь ничего общего с ее ребенком? Она же этого не вынесет!

Черт, да куда делись ее обычный здравый смысл и логика?! Неужели достаточно добавить к уравнению ребенка, чтобы от них не осталось и следа?

Вздохнув, Харпер сменила костюм на полосатый сарафан, что купила с дальним прицелом, ведь ее талия скоро начнет расплываться.

Так, ладно, нужно взять себя в руки.

Проанализировать данные, четко обозначить проблему и приступить к решению.

Их отношения с Данте останутся прежними, или она умрет, пытаясь сделать их таковыми. Но как бы там ни было, она не позволит встать между ними ни ребенку, ни поцелую. Только не сейчас, когда вокруг и так слишком много всего, что она не в силах контролировать.

Решившись, она уверенно направилась на кухню в поисках Данте и горячего чая.

И не обязательно в таком порядке.

Но первым ей попался все же Данте, сразу поднявший на нее глаза цвета горячего шоколада.

Черт, если он и на других женщин смотрит так же, ничего удивительного, что они на все готовы, лишь бы завладеть его вниманием.

Эта мысль внезапно оказалась неприятной. А как он в действительности смотрит на других женщин? С такой же смесью заботы и нежности? Только ей-то какое до этого дело? Данте – ее друг и может смотреть на других так, как ему заблагорассудится.

На других, но не на нее.

– Я как раз собирался заварить чаю, – объявил он так, словно ничего не случилось.

А ведь в действительности ничего и не случилось, и все осталось по-прежнему.

– Отлично.

Чай был их общей страстью. Появляясь в Далласе, Данте всегда приносил пачку ее любимого японского зеленого чая «Гиокуро» из чайного магазинчика в аэропорту, который они традиционно пили на балконе ее квартирки с видом на парк.