Остров любви в океане страсти

К тому времени, когда Белла села в самолет, пристегнула ремень и приняла мимозу от Жана – стюарда, который приносил ей цветные карандаши и раскраски, когда она была еще маленькой, – Белла взбодрилась настолько, что даже бросила взгляд на фотографию Уилла Роулинга, присланную отцом.

Он был красив классической мужской красотой, Белла отметила густые блестящие волосы и приятную улыбку. Его глаза смотрели на Беллу серьезно; втайне она надеялась, что это просто игра света. Белла не любила серьезных молодых людей.

Впрочем, этого парня выбрал ее отец, а значит, шансы на то, что Белла и Уилл понравятся друг другу – ничтожны.

Подумав, Белла решила отложить окончательное вынесение приговора до встречи с Уиллом. Если он сумеет понравиться Белле, она приложит все усилия, чтобы поладить с ним.

Вот уже в четвертый раз кто-то швырнул песок в лицо Джеймса Роулинга, и в четвертый раз он сделал вид, что не обращает на это внимание. Все потому, что Джеймс пытался быть незамеченным.

Ну, по крайней мере, настолько, насколько это возможно для него.

Каждый гражданин Алмы мог видеть, как Джеймс пропустил тот гол на Кубке мира. Теперь его персона известна всем.

Впрочем, до сих пор его никто не узнал. Джеймс надел темные очки и надвинул на лоб бейсбольную кепку. Чем дольше на него не будут обращать внимания, тем лучше. Меньше всего ему хотелось отвечать на вопрос, почему мадридский «Реал» разорвал с ним контракт. А еще фотографии Джеймса, покидающего бар в Рио в компании проститутки… правда, про деньги она ему ничего не говорила.

Или еще хуже – вопрос о том, собирается ли он остаться на своей приемной родине и играть в резервной футбольной команде Алмы.

Резервная команда – для новичков. Дайте время, и он заключит престижный контракт. Если не здесь, то, может быть, в Англии, где он родился. Другой альтернативы нет. Футбол его жизнь.

Отлепив футболку от взмокшей груди, Джеймс откинулся на спинку своего пляжного шезлонга и закрыл глаза, надеясь хотя бы на короткое время обрести душевный комфорт.

Надо же, размечтался!

Душевного комфорта быть не может, во всяком случае, здесь, в Алме, средоточии скуки. Не говоря уже о том, что всюду на острове чувствовалось присутствие его отца, словно душа Патрика Роулинга жила в самой скальной породе, постоянно излучая неодобрительные вибрации.

Вот почему Джеймс сидел сейчас на пляже Плайя-дель-Онда, впитывая жаркие лучи солнца вместо того, чтобы делать то, что хотел отец.