Остров любви в океане страсти

Она и не надеялась, что политический климат когда-нибудь переменится и семья Монторо вернет себе трон. Однако это случилось. По неумолимому закону Алмы развод Рафаэля, отца Беллы, закрыл ему путь к короне. Его старший сын Рэйф отрекся от престола, чтобы всецело посвятить себя семье и ребенку, появления которого на свет он и его невеста Эмили ждали с таким нетерпением.

Место престолонаследника занял младший сын Рафаэля, Габриэль. Беллу восхищало то, с какой легкостью он освоился в своей новой роли. Ей нравилась Алма и радовала предстоящая коронация брата, но даже перспектива участия в пышных балах и приемах не смягчала грусти – совсем скоро Белле придется оставить все то, что она так любила в Майами.

Прежде всего она оставляла свою двоюродную бабку Изабеллу, которая из-за преклонного возраста могла в любой момент отойти в мир иной. Разумеется, Рэйф позаботится о ней, а Белла всегда может позвонить Изабелле. И все-таки… Разве может телефонный звонок заменить ежедневное общение с доброй и мудрой женщиной.

Что ж, отец теперь в неоплатном долгу перед Беллой за то, что она согласилась переехать в Алму. Круто!

Белла еще немного понаблюдала за Лютиком, потом отвернулась от окна. Может быть, она больше никогда не переступит порог этого дома, а ей здесь было так хорошо. Сейчас, когда наконец настал день отъезда, все казалось ужасающе реальным и время бежало с немыслимой скоростью. По сути, Белла была американкой и, хотя принадлежность к семье Монторо давала определенные привилегии, которыми Белла с удовольствием пользовалась, ее терзали сомнения.

Впрочем, ее мнения никто не спрашивал.

Дверь распахнулась, и в спальню с излишним, по мнению Беллы, шумом ворвалась ее горничная Селия. Перешагивая брошенное на пол скомканное платье, Селия нахмурилась:

– В кладовой полно вешалок, если у вас все вышли, мисс Белла.

Белла улыбнулась женщине, которая долгие годы была ее другом, доверенным лицом и надежной опорой. Слава богу, что Селия не оставила свой привычный шутливый, поддразнивающий тон и не впала в сентиментальные переживания относительно необратимых перемен, происшедших в последнее время в семье Монторо.

– У меня сил не было открыть шкаф в три часа утра, – сообщила Белла, подавляя невольный зевок.