99 дней

Кладу фотографию на стол картинкой вниз и прячусь обратно под одеяло, скинув Виту на ковер – в мое отсутствие эта комната принадлежала ей и собаке, о чем совершенно ясно намекнул налипший слой шерсти. В детстве мне казалось, что я – принцесса, спрятанная на третьем этаже башни маминого старого, заселенного привидениями дома. Теперь же, через неделю после выпускного, я снова так себя чувствую – запертой в волшебной башне, откуда совершенно некуда выбраться.

Достаю из пакетика последнюю конфету, и в этот момент кошка запрыгивает на лежащую рядом подушку.

– Уйди отсюда, Вита, – приказываю я, снова скидываю ее и закатываю глаза, когда она, дернув хвостом, важно выходит за дверь. Мне кажется, она почти сразу же покажется снова.

День 3

Вита не показывается.

День 4

Имоджен тоже. Когда я узнала о своем приговоре провести в Стар-Лейк все лето, мысль о встрече с ней была единственным, что придавало мне терпения, но пока мои сообщения «Привет, я вернулась» и «Давай погуляем» остались без ответа.

Возможно, она тоже меня ненавидит. Мы с Имоджен дружили с первого класса, и в конце одиннадцатого она довольно сильно меня поддержала: сидела вместе со мной в школьной столовой, тогда как все остальные за нашим столом загадочно исчезли, а перешептывания превращались во что-то похуже. Правда в том, что я не предупредила ее о том, что уехала в Бристоль – частную школу для девочек, спрятавшуюся, точно ракетная база, посреди пустыни возле Темпе, штат Аризона.

Точнее, смоталась под покровом темноты.

К следующему дню я уже девяносто шесть часов находилась без человеческого общения, поэтому, когда мама стучится в дверь и сообщает, что придет уборщица, я достаю из стопки вещей, уже скопившихся на полу, чистые шорты. Мои футболки и нижнее белье все еще лежат в огромной спортивной сумке. Вероятно, ее все же придется распаковать, хотя, по правде говоря, я бы лучше три месяца жила на чемодане. Присев на корточки, замечаю под стулом старые кроссовки. Шнурки все еще завязаны с последнего раза, когда я их надевала: в тот день, когда вышла статья, все случилось внезапно.

Я считала, что каким-то образом смогу обогнать национальную публикацию. И убежала настолько резко и быстро, насколько смогла.

Меня стошнило на пыльной обочине дороги.

Уф. Изо всех сил стараюсь выбросить это воспоминание из головы, хватаю фотографию с троицей Доннелли – она все еще лежит на столе изображением вниз – и засовываю подальше в ящик комода.