99 дней

Даже если бы был хоть малейший шанс, что я стану щеголять в купальнике перед кучей незнакомцев в нынешнем состоянии, то я его не взяла. – Я пас, спасибо.

Гейб кивает.

– Уверена? – поддразнивает он и подходит ближе. – Может, тебе просто надо помочь?

Исключено.

– Даже не думай, – выдавливаю я и отступаю, хохотнув. Давно со мной никто не флиртовал.

– Прости, что такое? – спрашивает Гейб. – Я тебя не слышу. Кажется, ты попросила поднять тебя и сбросить с пирса.

– Я тебя убью, – предупреждаю я, но в этот момент Келси говорит: «О-оу!», и Гейб приступает – подхватывает меня и перекидывает через плечо, будто я ничего не вешу.

 – Тебя ждет насильственная смерть! – обещаю я, но правда в том, что я едва могу говорить, так сильно смеюсь. Я чувствую запах дыма от костра и чистого хлопка от футболки Гейба, когда он идет к пирсу. Стив и Райан улюлюкают в озере, кто-то хлопает в ладоши. Я уверена, что все смотрят на нас. Странно то, что мне все равно. – И много боли!

– Прости, что? – спрашивает Гейб.

 – Я все еще тебя не слышу.

– Молотком! – заявляю я, колотя его по спине. Мне кажется, он этого не сделает, но все равно собираюсь шлепнуть его по заднице, когда он резко останавливается и ставит меня на ноги.

– Тебя напугал молоток, да? – говорю я, задыхаясь из-за смеха, волосы превратились в беспорядок и свисают на лицо. Но когда я поднимаю голову, чтобы посмотреть на него, Гейб не смеется. Слежу за его взглядом и в этот момент замечаю, что в свете костра за нами наблюдает Тесс.

Оранжевые искры взлетают в воздух.

И рядом с ней Патрик – мой Патрик.

Мы просто целую минуту смотрим друг на друга, разделенные песчаным, поросшим кустарниками расстоянием, его серые глаза сосредоточены на моих. Он стал выше с тех пор, как я видела его в последний раз. На щеке ярко-фиолетовый синяк. Я открываю рот и снова закрываю, чувствуя себя так, будто оставила свое сердце где-то там, на обочине дороги, истекающее кровью и бьющееся.

Грудь словно сжимается в огромный кулак.

Патрик переводит взгляд с меня на Гейба, затем обратно и слегка качает головой.

– Вы сейчас надо мной прикалываетесь? – спрашивает он. Выражение его лица до того, как он отворачивается, как бы говорит, что он увидел что-то отвратительное, например, разлагающийся труп или лужу блевотины.

Или меня.

Желание смыться оживает, точно какое-то взбесившееся животное кусает меня за пятки.