Бессердечие магов

Я – Береника Тенебри.

Сидни знала это имя. Так вот почему ее охранные контуры, настроенные на тех, кто пользуется магией, исходящей от Теней, не сработали.

– Спасибо, Генри. Все хорошо. – Он кивнул в знак того, что ее услышал, и Сидни подошла к ожидавшей ее женщине. Левой рукой она сформировала малую тишину, чтобы их разговора никто не услышал. – Тенебри. Вы та другая Тень, которая выбралась?

– Совершенно верно. – Женщина наклонила голову. – Приятно познакомиться. Я надеялась, что мы сможем поговорить.

Вблизи признаки происхождения Береники стали явными.

Сидни видела их сама в каждом зеркале: то, как Береника держится, линия ее позвоночника, настороженность взгляда. Магия, подходившая к поверхности ближе, чем у тех, кому никогда не приходилось служить источником для других. Неровные края ее тени.

– В полутора кварталах отсюда есть очень хорошая кондитерская – если вы не против пешей прогулки.

– Обожаю шоколадные бриоши. А вам не хочется пускать меня к себе в квартиру, но сказать об этом было бы недипломатично.

Я вас понимаю.

Сидни промолчала, потому что все было верно. Ей не хотелось, чтобы Береника оказалась у нее в квартире. Когда она уходила, Шара велела ей найти Беренику, пояснив, что та поможет ей ориентироваться в Невидимом Мире. Сидни вообще мало кому доверяла, а уж тем, кого рекомендует Шара, – и того меньше. Так что сама она Беренику не разыскивала, и хотя появлению ее не удивилась, особенной радости от него не испытала.

По дороге она наблюдала за пожилой женщиной, но та ничем себя не выдавала.

Впрочем, обратное было бы по-настоящему странным. Уж что-что, а Тени давали отличную подготовку.

Когда они расположились за столиком – Береника заказала пирожное и горячий шоколад к нему, а Сидни ограничилась макарунами с розой и фиалкой, – Береника сказала:

– Мой долг уплачен. Полностью. Тени не имеют рычагов воздействия на меня, а я к этому месту благодарности не питаю. – Последние слова были горьки, словно морская соль. – Я здесь сама по себе, потому что вы мне любопытны, а не потому, что Шара послала меня шпионить.

– Во мне нет ничего особенно любопытного, – отозвалась Сидни.

– Сорок лет, – промолвила Береника, помешивая шоколад.

– Что, простите?

– Я ушла от Теней сорок лет назад. Вы еще даже не родились. Никто до меня и никто между мной и вами из тех дверей не выходил. Мы с вами прекрасно знаем, что вынесли остальные, находясь там. Ложная скромность нам не к лицу.

Тут она посмотрела на Сидни в упор.