Сотня: Сотня. День 21. Возвращение домой

– Вот так я всегда представляла себе Шервудский лес, – сказала она полным благоговения голосом. – Я почти жду, что Робин Гуд вот-вот выскочит из-за дерева.

– Робин Гуд?

– Ну ты же знаешь, – Кларк остановилась и посмотрела на Беллами. – Принц в изгнании. Который крал лекарства и раздавал их сиротам. – Беллами смотрел на нее непонимающе. – У него еще был волшебный лук со стрелами. Я сейчас подумала, что ты чем-то на него похож, – с улыбкой добавила девушка.

Беллами провел рукой по увитой виноградной лозой ветке.

– У нас на Уолдене было мало времени для историй, – натянуто проговорил он. – И книжек почти не было, поэтому я сам придумывал сказки для Октавии, когда она была маленькой. Больше всего она любила про волшебный мусоро сборник. – Он хохотнул. – Самая клевая из моих историй, лучше я придумать не смог.

Кларк улыбнулась.

– То, что ты из-за нее сделал, было очень смело, – сказала она.

– Ну, наверно, я должен бы сказать то же самое о тебе, но у меня такое чувство, что ты тут не по своей воле.

Она вскинула к его глазам запястье. На нем у нее, как и у остальных ребят, по-прежнему был надет следящий браслет.

– И что же меня выдало?

– Я уверен, он это заслужил, – усмехнувшись, сказал Беллами, но, вместо того чтобы рассмеяться, Кларк отвернулась. Беллами всего лишь хотел пошутить, но ему следовало бы знать, что с ней нельзя расслабляться. Да и ни с кем тут нельзя, раз уж на то пошло. Все они что-то скрывают, и он сам – в первую очередь. – Эй, прости, – сказал он. Беллами так редко извинялся, что ему странно было ощутить, как его губы произносят это слово.

– Да все. Стерильные бинты, болеутоляющее, антибиотики… препараты. Которые могут все изменить для… – она на миг замолчала, – …для наших раненых.

Беллами знал, что Кларк сейчас думает о своей подруге, о девушке, с которой обычно не сводит глаз.

– Ты же хочешь ее вылечить, правда? – Он протянул руку, чтобы помочь Кларк перебраться через лежащее у нее на пути замшелое бревно.

– Она моя лучшая подруга, – ответила Кларк, принимая руку, – и единственный человек на Земле, который знает, кто я есть на самом деле.

Она смущенно улыбнулась Беллами, но он кивнул:

– Я знаю, о чем ты.

Октавия была единственным человеком на всем свете, который на самом деле знал его. И на всем свете не было больше никого, с кем ему хотелось бы проводить время. Но тут он взглянул на Кларк, которая наклонилась понюхать ярко-розовый цветок.