Побег от Гудини. Охота на дьявола

Дядя открыл было рот, чтобы возразить, но я перебила его, разыграв, как надеялась, козырную карту.

– Потом она пообещает больше никогда не выходить на сцену. Правда, Лиза?

Она недоверчиво взглянула на меня, словно я предала ее сразу после спасения. Я смотрела ей в глаза, пока она наконец не вздохнула.

– Я обещаю, дядя. После этого вечера я больше не буду участвовать в представлениях. Я только закончу то, что должна.

Дядя мерил шагами маленькую каюту, время от времени останавливаясь, чтобы глянуть в иллюминатор.

– Надо ли напоминать вам обеим, что во время этого плавания уже убиты две девушки? – Мы с Лизой переглянулись. – А вы хотите, чтобы я потакал безрассудному поведению. Вы считаете, это мудро?

Он снова повернулся к нам, сцепив руки за спиной.

– После сегодняшнего представления ты будешь подчиняться абсолютно всем правилам, которые я установлю, пока мы не вернемся в Лондон. Ты поняла?

Лиза медленно кивнула, не отрывая взгляда от своих усыпанных драгоценными камнями туфелек.

– Да, сэр.

– Позволь мне выразиться предельно ясно, – продолжал дядя. – Если ты хотя бы подумаешь сделать что-то недопустимое, я посоветую отправить тебя до конца жизни в приют для душевнобольных. Подозреваю, что твоя матушка прислушается к любому моему диагнозу.

Я почувствовала, как кровь отлила от лица. Это было одно из худших наказаний, особенно в устах дяди. Я тайком взглянула на кузину, но она казалась скорее расслабленной, чем расстроенной.

– Ты несешь ответственность за все, что может случиться, – обратился дядя ко мне. Я выдержала его взгляд, хотя мне хотелось сползти на пол. – А сейчас прочь с глаз моих, пока я не передумал.

Я схватила Лизу за руку и быстро подчинилась. Как только мы оказались на прогулочной палубе, кузина взяла меня за вторую руку и закружила.

– Это было гениально! Поверить не могу, что он к тебе прислушался. Мне надо научиться твоим секретам! Я была почти уверена, что он без промедления запрет нас обеих.

Я мягко высвободилась из Лизиной хватки и уставилась на океан. Это было первое солнечное утро, и свет, отражавшийся от волн, почти ослеплял.

– Лиза… – Я провела по лицу рукой в перчатке. – Наверное, тебе стоит отказаться. Дядя был резок, но он прав. Убиты две девушки. И я… если быть абсолютно честной, меня тревожит, что это мог совершить кто-то из карнавальной труппы.