Ход белой королевы

 – он помолчал, повернул голову к окну и, кусая губы продолжил. – Если ты хочешь сделать карьеру и чего-то добиться в жизни, тебе придется вернуться к нему и забыть все прошлые обиды.

– Но можно ли ему верить, после всего, что случилось? – Надежда растерянно посмотрела на Федорова. – И где гарантия, что ему в голову опять не взбредет какая-нибудь авантюра. Он неуправляемый человек! Никогда не знаешь, что он в следующую минуту сделает. Я его хорошо за эти два года, что мы были вместе, изучила. Поэтому и хотела уйти.

Дмитрий Николаевич погладил маленькую изящную ладонь Надежды с накрашенными бордовым лаком ногтями.

– Можно или нельзя ему верить, это тебе придется решать самой. Ты его знаешь лучше меня.

Он пристально посмотрел девушке в глаза.

– Я не хочу тебе советовать. Но… – он запнулся. – но может быть тебе стоит попробовать еще один раз. Все-таки он просит прощение и наверно сделал выводы на будущее.

Надежда криво усмехнулась.

– Конечно, блистать лучше. Но я не хочу больше быть его куклой. Я тебе про это уже говорила там, в горах, год назад. Мне нужна нормальная семья. Любящий муж. Дети наконец. – голос ее дрогнул. – У меня же свадьба через два месяца!

Дмитрий Николаевич вздохнул, обнял ее за талию и посадил к себе на колени.

– А может быть тебе поступить так, как делают все твои сверстницы? – спросил он, гладя рукой ее густые вьющиеся волосы.

– Как? – с недоумение спросила Надежда.

– Вначале обзаведешься деньгами, как любовница Гонгадзе, а потом устроишь свою личную жизнь. С деньгами, особенно с большими, это сделать не трудно. Подумай…

– Что!? – девушка вздрогнула и, сбросив с себя ладонь Федорова, резко встала.

Несколько секунд она неподвижно стояла на месте, затем тихо, но решительно произнесла.

– Нет! К Вахтангу я больше не пойду!

Дмитрий Николаевич внимательно посмотрел на нее.

– То есть ты, отказываешься?

– Я же сказала, что с Гонгадзе у меня все кончено. – не скрывая своего презрения, бросила Надежда. – Такой любовник мне не нужен. И если ты хочешь сохранить нашу с тобой дружбу, больше мне, пожалуйста, подобные предложения не делай! – ее голос дрожал от негодования.

Дмитрий Николаевич быстро встал.

– Извини меня. – он с нежностью заглянул в расстроенное лицо Надежды.