Охота на дьявола

Дядя поднял ладонь, одновременно приказывая и прося замолчать. Кипя от невежества этого грубияна, я молча досчитала до десяти, воображая все способы, которыми могу его вскрыть, пока не успокоилась. Дядя достал из медицинской сумки фартук и передал мне, глядя на мою ногу.

– Если это слишком…

– Я в порядке, сэр. – Я прислонила трость к столу для трупов и завязала фартук. – Мне сделать первоначальный разрез или ассистировать вам?

Дядя посмотрел на мои упрямо сжатые челюсти, на горящий в глазах вызов и одобрительно кивнул.

– Не забудь туго натянуть кожу.

Глава 8. Барон Сомерсет

Бабушкина приемная

Пятая авеню, Нью-Йорк

22 января 1889 года

– Может, присядешь ко мне на колени?

Я крутанулась, и Томас приподнял уголок губ в озорной усмешке.

– Твоя беготня оказывает любопытное влияние на мой пульс. Если мы отвлекаемся от расследования, то есть более интересные способы провести время с учащенным сердцебиением.

– Кресуэлл, вряд сейчас время для таких… занятий.

– Самое время. Твой дядя гуляет с Лизой по городу. Миссис Харви, благослови господь ее предсказуемость, прилегла вздремнуть. Это означает, что мы с тобой одни в доме. Если сравнивать с мотивацией какого-нибудь убийцы, то нельзя пренебрегать такой превосходной возможностью. Мне тебя поцеловать или сначала ты меня?

– О да. Теперь, когда ты сравнил наше романтическое свидание с убийством, мне как раз захотелось целоваться.

Я послала ему свой самый недоверчивый взгляд.

– За последние двадцать четыре часа мы обнаружили, что Джек-потрошитель может оказаться не тем, на кого мы думали, и что он по-прежнему жив. Была зверски убита женщина. Через считаные часы приедет мой отец и будет решать нашу судьбу, а ты как ни в чем не бывало развалился на кушетке, пьешь кофе, пробуешь птифуры и выдаешь неуместные двусмысленные шуточки.

– Они не такие уж неуместные, если интересны тебе. Судя по твоему румянцу и тому, каким порочным взглядом ты смотришь на мой рот, я бы сказал, что ты вовсе не прочь обесчестить меня прямо сейчас.

– Неужели у тебя нет никаких моральных принципов?

– Не смеши, конечно, у меня есть моральные принципы. Один или два.

– Серьезно, Кресуэлл?

Я не могла поверить в его беспечность в такой ситуации, когда, на мой взгляд, мир вокруг нас рушился.

– Честно. Самое большее три.

Томас забросил в рот еще одно пирожное и вытянул перед собой ноги. Его грудь ровно поднималась и опадала.