Охота на дьявола

Твой дядя чуть не оторвал мне голову, когда увидел, что я пришел без тебя, и отослал меня обратно. – Он встал и протянул руку. – Ну что, любовь моя, попробуем раскрыть еще одно жестокое преступление?

Я не хотела приходить в восторг от его предложения, но не могла отрицать, что почувствовала легкую волну азарта, пробежавшую внутри, словно вены заменили крошечными электрическими проводами. Я жаждала расследовать очередное убийство почти так же сильно, как поцелуев Томаса. А их я жаждала часто.

Я забрала у него трость и пошла за своим манто, когда в гардеробную вернулась Лиза со строгим выражением лица.

– О нет. Если ты считаешь, что я позволю тебе выйти в этом платье осматривать какое-нибудь кровавое место преступления…

Она прикрыла глаза, словно одна мысль о подобном была ей невыносима. Кузина повернулась к Томасу, указывая на дверь, и распорядилась, словно генерал перед трудноуправляемым войском:

– Через пять минут она выйдет к тебе в главную гостиную. Если только ты не хочешь увидеть ее на своем дне рождения в старом тряпье или нижней юбке.

Томас открыл было рот, вероятно, чтобы сострить по поводу моего белья, но под предостерегающим взглядом Лизы тут же передумал.

– Это не обсуждается. Ступай.

Глава 3. Номер 31

Отель «Ист-Ривер»

Нижний Ист-Сайд, Нью-Йорк

21 января 1889 года

Пока мы с Лизой укрывались в салоне модистки, зима решила устроить на улицах буйство. Тяжелые тучи наконец разродились ревущей бурей. Хлопья мокрого снега шлепались на крышу экипажа, окутывая нас пеленой ледяного холода.

Несмотря на то что я купила новые чулки и надела одни из самых теплых ботинок, заказанных для меня Томасом, у меня начали стучать зубы. Я сжала челюсти, надеясь прогнать холод усилием воли.

Это оказалось невозможно. Зубы щелкали самым неприличным образом. Томас наблюдал за мной, сидя напротив, затем с мрачным лицом проверил температуру кирпича у меня в ногах.

– Его нужно заново нагреть над огнем, – сказал он, расстегивая свое пальто.

Я увидела, что он и сам дрожит, поэтому дотронулась до него, останавливая.

– А как же утверждение, что тепло тела самый эффективный способ предотвратить обморожение? Если ты снимешь пальто, то замерзнешь раньше, чем успеешь бесстрашно спасти меня.

Он поднял глаза, и вся серьезность тотчас его покинула. Клянусь, в его золотисто-карих глазах плясали звезды.