Город пепла

Также часто были друг у друга в гостях, и в особенности он любил бывать у меня – поскольку это были редкие, но ценные мгновения, позволяющие ему видеть солнечный свет. Его образ из далёкого прошлого кардинально разнился с тем, что я наблюдала сейчас, и это повергало меня в шок. Некогда жизнерадостный мальчик, мечтающий перевернуть мир, каким-то неведомым образом превратился в депрессивного озлобленного юношу, поддавшемуся своим слабостям.

«Что так изменило Камиана?». Этот вопрос непрерывно вертелся в моей голове, стоило потоку мыслей случайно затронуть его.

Было в этом моменте что-то… сокровенное. Я могла бы пойти спать, но упорно стояла и слушала скрипку, затаив дыхание.

Минуты шли, а тоскливая мелодия всё не утихала, а наоборот – только крепчала. Отчаянный мотив струился из-под смычка – роняя невидимые слёзы, разносился меж дворцовых стен. Я поймала себя на мысли, что его звучание не было мне знакомым. Интересно, он сам написал эту музыку? Какие душевные переживания терзали Камиана, когда он сочинял её?

Плавное звучание внезапно надломилось и затихло.

Я вздрогнула. Мурашки окатили кожу такой волной, словно меня застали за чем-то постыдным. Затаив дыхание, я взялась за дверную ручку и чуть потянула на себя дверь, ступая в комнату.

Обстановка, царившая внутри, показалась куда приятней, чем при первом моём появлении: вещи стояли на своих местах, мебель тоже не была сдвинута как попало.

Вернее, их отсутствие.

Хозяин комнаты стоял у окна, держа в руке скрипку со смычком.

– Почему не спишь? Что-то стряслось? – пробормотал он, даже не взглянув в мою сторону. Юноша достал из-под кровати футляр, неспешно раскрывая его.

– Нет, ничего.

– Тогда что привело тебя ко мне в такой поздний час? Мы с тобой уже всё обсудили. Завтра выдвигаемся в путь.

– Мне не спится.

– Попроси помощницу заварить тебе успокаивающий чай.

– Вообще-то… Я пришла послушать скрипку.

Камиан неожиданно вскинул голову, поднимая на меня полный изумления взгляд.

– Что? – переспросил он, видимо решив, что ослышался.

– Я пришла послушать скрипку, – вновь повторила, неловко переминаясь с ноги на ногу у порога. – Не знала, что ты играешь. Сыграй ещё, пожалуйста.

Юноша застыл на месте как вкопанный, не веря своим ушам.