Город пепла

С кончиной моего мужа так и не решилась трогать его бумаги – боялась, что то немногое, что осталось от него, рассыплется в прах, и я останусь ни с чем.

С губ срывается тяжёлый вздох.

Беру в руки небрежно раскиданные листы пергамента с криво нацарапанными на них нотами. Улыбаюсь. Мой благоверный как-то пытался научить меня нотной грамоте; терпеливо объяснял, что к чему, однако после многочисленных бесполезных попыток научиться я бросила это дело ? всё равно выходило скверно. Сейчас же моё сердце сжимается будто в тисках; и мысленно я ругаю себя за то, что в те годы не была столь усидчивой, не уделяла больше времени обучению.

Кое-как разбираю бумаги, складывая их в ровную стопку, а затем провожу кончиками пальцев по шкатулке, покоящейся на книжном стеллаже. Морщинистые пальцы аккуратно поддевают крючок, и бархатная крышка шкатулки откидывается. Внутри – нежная диадема с тёмными, мерцающими в свете канделябров драгоценными камнями.

Я провожу шершавой рукой по очертаниям украшения, задерживаясь прикосновениями на изящных витиеватых узорах из металла. Пальцы натыкаются на неровности, оглаживают их. Пятьдесят лет прошло с того мгновения, как я надевала её в последний раз – мне тогда было двадцать три.

Тогда весь мир лежал, погребённый в руинах, а шёпот в ночи воссылал к небесам молитвы о победе королевы Аирэллы. Эта война затронула все Пять королевств, как одно павшие перед разрушительной силой врага.

Он был жесток. Беспощаден. Несокрушим.

Самые близкие мне люди и я оказались в самом центре завертевшихся событий; бесчисленное количество раз мы были на волосок от смерти. Война сблизила нас; научила, как важно ценить друг друга; и больше всего на свете я боялась потерять их. Мне хорошо помнятся ужасы, что довелось видеть своими глазами; память до сих пор навевает воспоминания об удушающем запахе крови, залившей поле битвы. Этот отвратный запах был повсюду. Я видела смерть, но также я была и её рукой.

Сколько бы лет ни прошло, эти воспоминания останутся со мной до самой моей кончины. Они – причина моих ночных кошмаров.

После пережитого ужаса и победы над злом мы с моим дражайшим супругом наконец обрели друг друга. Он был один против всего мира, но моя любовь стала ему гаванью, успокоением.

Я тосковала по нему…

И тоскую до боли в груди.

Мой взгляд падает на скрипку, аккуратно поставленную в угол комнаты. Его скрипку.