Царство Проклятых

Той, которую он с радостью уничтожил бы.

Серебристые крылья из белого пламени вырвались из-под его лопаток, когда он распахнул двери. Они врезались в стену, едва не расколов древесину пополам, но чертовка и глазом не повела, лениво растянувшись на троне. Его троне.

И не думая смотреть в его сторону, она погладила себя по ноге, словно любовница, заигрывающая с горящим желанием партнером. Ее платье сползало по бокам, оголяя гладкую кожу от щиколотки до бедра. Она лениво рисовала круги на своей икре, выгибая спину, а ее пальцы поднимались все выше.

Потом она провела руками вдоль бедер, не смутившись его присутствия.

– Вон.

Ведьма переключила внимание на него.

– Ну что ж, разговоры с тобой не помогли. Ни логика, ни доводы тоже. Теперь у меня есть новое, довольно заманчивое предложение. – Поверх тонкой ткани своего платья она медленно проскользнула руками по груди, ее взгляд становился все тяжелее, когда она пронзительно смотрела на него. – Снимай штаны.

Он скрестил руки на груди, выражая протест.

Даже создатель не смог подчинить его своей воле. А она была далека от его создателя.

– Убирайся, – повторил он. – Уходи, пока я тебя не заставил.

– Попытайся. – Одним нечеловечески грациозным движением она поднялась, ее длинное серебряное платье блестело, как меч, рассекающий небеса. Больше она не пыталась его соблазнить. – Только тронь меня, и я уничтожу все, что тебе дорого. Ваше Величество.

Она насмехалась над ним, словно он был не достоин ни титула, ни уважения.

Он рассмеялся, и его глас был полон угрозы, как и кинжал, вдруг прижавшийся к ее тонкому горлу.

Не только она обладала даром скорости бессмертных.

– Боюсь, ты ошибаешься, – почти прорычал он. – Нет ничего, что мне дорого. Я хочу, чтобы ты покинула это царство до наступления темноты. Если ты не уйдешь, я пущу по твоим следам адских псов. Когда они закончат, все, что останется, будет брошено в Огненное Озеро.

Он ждал, пытаясь уловить ее страх. Но она вдруг подалась вперед и одним резким движением перерезала себе горло лезвием.

Кровь залила ее мерцающее платье, растеклась по гладкому мраморному полу, испачкала его манжеты. Сжав челюсти, он вытер кинжал.

Ее не смущало новое ужасное ожерелье, она отошла от него, улыбка на ее лице была злее, чем у худшего из его братьев. Рана затянулась сама.

– Ты уверен? Разве нет ничего такого, чего бы ты страстно желал? – Его молчание взбесило ее. – Быть может слухи, и правда, верны. За этой броней нет сердца.