В объятиях герцога

Но расстояние было слишком велико, и девушка не могла разглядеть, чем они занимались. Синие искрящиеся глаза взволнованной Гвен были исполнены благоговения.

– Ее Королевское Величество и мистер Дизраэли беседуют с доктором Фаулером, – промолвила она.

Имоджен охватил трепет.

– Что? – не веря своим ушам, переспросила она.

Неужели в их больницу явились высокие гости – королева Англии и премьер-министр? Как она могла такое пропустить? Почему королева Виктория и Бенджамин Дизраэли пришли в тот самый момент, когда Имоджен не находилась на своем посту?

Девушка испытала разочарование.

– То, что слышишь, – нетерпеливо сказала Гвен, кивнув в сторону королевской свиты, окруженной телохранителями. – Ее величество приехала к нам, чтобы проведать своего дальнего родственника. Неужели ты еще ни о чем не знаешь?

– Дальнего родственника?

У Имоджен от радости и беспокойства бешено забилось сердце и вдруг онемели ноги и руки.

– Ты хочешь сказать… – начала было она, но тут же осеклась, боясь, что произнесенное слово может каким-то магическим образом привести к катастрофе.

Мысли у нее в голове путались. Значит, Тренвит и правда жив. Но если он узнает ее, может случиться беда.

– Да, я хочу сказать, что Колин Толмедж, герцог Тренвит, был доставлен в нашу больницу, – подтвердила Гвен догадки Имоджен.

Имоджен схватилась за горло, ей вдруг стало нечем дышать.

– Но я его еще не видела, – вздохнув, продолжала ирландка.

– Почему? – спросила Имоджен, стараясь придать своему голосу бодрый тон.

– Говорят, герцог находится в ужасном состоянии, я не знаю всего, но слышала, что у него тиф.

– Нет… – прошептала Имоджен, хватаясь за сердце.

Гвен пожала плечами.

– Тем не менее это так. Его с большим трудом удалось вернуть на родину.

– Вернуть на родину? Откуда?

Вытянув шею, Имоджен взглянула туда, где находилась королева. Стены коридора были, как это положено в больницах, окрашены в белый цвет, и пестрая свита четко выделялась на их фоне.

Королева Виктория, статная импозантная дама, облаченная в ворох черных шелков, стояла, как пестик среди лепестков чудесного цветка, в окружении одетых в малиновую форму охранников.