Любовь горца

Тогда почему он столько лет провел вдали от них? Наверняка мог подать в отставку в любое время, особенно в последние годы, и вернуться в Рейвенкрофт-Кип, чтобы заняться детьми. Мать семейства умерла почти десять лет назад, так почему он выбрал именно это время, чтобы вернуться?

Маркиз последний раз ласково погладил руку дочери и пошел к выходу.

– Эту неделю я проведу в винокурне! – сказал он и исчез за каменной аркой.

Филомена едва начала снова дышать, как он опять возник в проеме, сверкнув дьявольским огоньком в глазах.

– Извините меня, леди! – и безупречно поклонился, не спуская глаз с Филомены, из-за чего она ощутила слабость в коленках.

– Мы тебя не извиняем, отец! – захихикала Рианна, выпроваживая его.

– Нет, вы должны меня извинить, потому что даже варвар способен обучиться манерам джентльмена, если у него будет правильный учитель.

Он снова задержал взгляд на Филомене, быстро подмигнул дочери и наконец исчез.

Филомене показалось, что каждый раз, встречая маркиза, она знакомилась с новым человеком.

Но она предпочла бы остаться нераскрытой, так как ее секреты были слишком опасны.

Филомена глубоко вздохнула и повернулась к Рианне, которая понимающе смотрела на нее.

– Как он назвал вас… nighean?

– На гэльском так ласково называют дочь.

– О, как красиво звучит! – Филомена решила, что пока она живет среди горцев, нужно понемногу учить их язык. – Давайте-ка посмотрим, куда убежал ваш брат, – сказала Филомена, так как ей нужно было отвлечься от впечатления, произведенного неожиданным вторжением лэрда Маккензи, причем вторжением во все ее мысли.

– Может, не нужно? – заныла Рианна. – Он такой нудный!

Филомена взяла девочку под руку, и они медленно пошли по мягкому ковру солнечной комнаты.

– Вы сегодня очень злы на него и ябедничаете, – ласково упрекнула Филомена.

– Знаю, – ответила Рианна и усмехнулась. – Это у меня от отца. Он ведь настоящий brollachan.

– Что?

– Демон. Разве вы не знаете?

– Но вы ведь в это не верите, не так ли? – сказала Филомена, нахмурившись, хотя почувствовала, как по шее пробежал холодок волнения.